– Пропадать, так с музыкой, большеглазая! – санклит подмигнул мне.

– Прости, Сеня.

– Считай это искуплением моих грехов. Но учти – выживу, накосячу еще.

– Теперь у тебя безлимит. – Пробормотала я. – Пожизненный.

Мы встали спина к спине, оценивающе глядя на мужчин в камуфляже, заполнивших комнату. Так вот ты какой, отмороженный на всю голову петербургский спецназ!

– Ну, мальчики, подходим, не стесняемся! – пропел санклит. – Но не все же сразу!

Мордобой начался.

Технику я оценила сразу, получив несколько весьма чувствительных ударов. Было бы это фигурным катанием, выставила бы высший балл. Но в остальном бойцы Хана меня не впечатлили. Ни сноровки, ни изобретательности. Все удары предсказуемы, читаются еще до исполнения. На ошибках мальчики тоже не учатся, сразу видно. Стоит сбить их с толку, зависают, как старый комп – хоть и на секунду, но больше-то и не надо. Тот самый случай, когда пресс рельефнее, чем мозг.

– Это вам не казарма, тут думать надо! – выдохнула мисс Хайд, уложив любимым приемом «горло-локоть» очередного солдафона. – Шамиль, у тебя много таких? – я нашла глазами Хана и осеклась.

Держа кинжал у сердца Арсения, привязанного к столбу в углу комнаты, мужчина смотрел на меня.

– Не надо, пожалуйста. Он ни при чем.

– А спеси-то заметно поубавилось. – Шерхан довольно улыбнулся.

– Саяна, думай о себе! – крикнул санклит.

– Она у нас добрая девочка, это ее и погубит. – Мужчина кивнул двум поднявшимся бойцам.

Они подошли ко мне и взяли под локти.

– Саяна, не надо! – Арсений дернулся, но веревки ему было не разорвать.

Шерхан подошел к кодовой панели на прозрачной стене и ввел ряд цифр, заставив ее уползти вверх. Отойдя в сторону, он кивнул своим боевикам, и они подтащили меня ближе.

– Отец! – вмешался Данила. – Что ты делаешь?

– Даю девушке то, чего она хочет. – Мужчина посмотрел на меня. – Дети там, забирай.

– Мы не так договаривались! – взвился Охотник.