Поднявшаяся пыль скрыла от них поле боя. Путники переглянулись.

— Да, старик был прав. Башня действительно не стала бы нам надежным пристанищем, — констатировал дрожащим голосом Тиррал.

— Но он-то откуда это знал? — зловеще спросил Тарплидав.

Все взгляды обратились на старика. Пургонд сидел на своем насесте, вглядываясь в медленно оседавшее облако пыли, над которым изредка мелькал драконий хвост. В руках его все еще были зажаты два камня.

— А ну брось это, — приказал ему Тарплидав. — Незачем нам внимание этой зверюги привлекать. Может, она на этом успокоится? А мы пока схоронимся в лесу.

Старик глянул на него и выкинул обломки, выразительно пожав плечами.

— Мне кажется, надеяться на это нечего, — мрачно сказал Тиррал. Меч продолжал подрагивать в его руках.

— Таресиде плохо, — обеспокоенно сказал Бомбар. — Кажется, она потеряла сознание. Нужно вынести ее на сухое место.

— Не надо сухое, — тут же ответил Пургонд. — Плохо сухое. Надо в воде. Мокрое.

— Вот ведь гад, — ругнулся Тарплидав. — И не возразишь ему. Защитничек на нашу голову. Ох, попадись ты мне… — Он угрожающе покачал своим мечом. Старик не обратил на него никакого внимания..

Пыль почти осела, снова стал виден дракон. Он, как собака рылся на развалинах башни, вытаскивая на свет какие-то обломки. Некоторые он с аппетитом разгрызал и глотал, что только усиливало сходство с собакой. Через несколько минут это ему надоело — он вытянул шею вверх и начал ворочать усыпанной каменной крошкой мордой вправо и влево, явно выискивая себе новую жертву.

Камней вокруг валялось много, и Пургонд не замедлил этим воспользоваться. Снова раздался стук и пение. Голова дракона повернулась, он посмотрел на орущего старика и его спутников. Глаза его начали наливаться рубиновым светом.

— К озеру, быстро, — заорал старик. — Быстро, быстро, быстро! Где мокро! Не в лес!

Последнее он мог не говорить, так как лес пришел в движение. Стволы, одинаковость которых приметил еще Лондруппа, шатались и дергались. Корни с треском выступали из земли, превращаясь в некое подобие ног. Крупные узловатые сучья становились руками. Земля бурлилас, словно кипящий котел.

Все припустили по реке в сторону озера. Беалось, слава богу, легко. На полпути Тиррал обернулся.

Ожившие деревья не решались перейти через речку и толпились на берегу, размахивая сучьями. Слева от него, снова пересекая городские развалины, несся дракон. Но несся не к ним, а к тому месту, где они только что стояли и откуда до сих пор слышался стук камней и вопли Пургонда. Старик, оказывается, причем не один. Держась за его плечо, рядом с ним стояла Таресида.