Есть разные виды бунта. Когда был маленьким, Лукас испробовал всевозможные коварства и небольшие подлянки, но получил так, что потом долгие годы ни на что не отваживался. Еще полгода назад, после визита Пинкертинки, он искренне, смиренно пытался во всем отцу угодить. Когда случайно его ослушивался, то тщательно заметал следы и боялся, как бы его не раскрыли. В этот раз он впервые делает что-то для того, чтобы его раскрыли. Совершенно умышленно хочет вызвать конфликт.
То есть конкретного плана у него нет. Он не обдумывает, к чему это приведет. Не подходит к делу с таким благоразумием, чтобы действительно ответственно оценить возможные последствия и свои шансы. В этом и близко нет еще той крепко укорененной ненависти и холодной решимости, которые будут руководить им год спустя. Сейчас это лишь стихийное желание, неясное отчаяние, навязчивая потребность предпринять что-то, что угодно. Что угодно, что поднимет отца на уши. Что угодно, что замутит воду. После семи дней, проведенных Лукасом в начале предыдущего лета в пустоте и темноте, кое-что изменилось – изменилось в нем, – и он не выносил, что ничего не изменилось внешне.
То есть конкретного плана у него нет. Он не обдумывает, к чему это приведет. Не подходит к делу с таким благоразумием, чтобы действительно ответственно оценить возможные последствия и свои шансы. В этом и близко нет еще той крепко укорененной ненависти и холодной решимости, которые будут руководить им год спустя. Сейчас это лишь стихийное желание, неясное отчаяние, навязчивая потребность предпринять что-то, что угодно. Что угодно, что поднимет отца на уши. Что угодно, что замутит воду. После семи дней, проведенных Лукасом в начале предыдущего лета в пустоте и темноте, кое-что изменилось – изменилось в нем, – и он не выносил, что ничего не изменилось внешне.
Лукас ухмыльнулся, вспомнив старую Ёлтаӱл и ее попытку убедить его, что отец был на самом деле деликатным великодушным добряком, который смело пытался дать образование своему не поддающемуся воспитанию сопляку, несмотря на его ребяческий бунт, за что несправедливо получает неблагодарность даже после смерти. Бедный Джайлз Хильдебрандт, гигант мысли, гений, так и не понятый собственным сыном! Если говорить о детях: пожалеешь розгу – испортишь дитя. Когда вырастут, сами должны к этому прийти.
Однако кульминация конфликта, который Лукас вызвал празднованием Нового года в Блу-Спрингс, была в этом плане весьма поучительной. Тогда он услышал прямиком из уст отца нечто совершенно другое – твердо, без малейшей возможности иного толкования. Отец сам четко назвал то, что происходило между ними двумя… что находилось на фоне всех их столкновений с самого начала и до конца.