Лукас вдруг увидел Аш~шада. Видел в комнате, похожей на эту, на Д-альфе, в ситуации, о которой лишь слышал. Воображение нарисовало ее неожиданно точно.
По свидетельству д-альфийки Рут, подобным дикарским способом фомальхиванин воздавал дань уважения трем мужчинам из купола, которых якобы убил в схватке. Однако Лукас вдруг почувствовал, что на хвосте Аш~шада могут висеть совсем другие силы; другие голоса, шепчущие в ночи, упрекающие, назойливые.
Лукаса передернуло. «Рё Аккӱтликс, я ведь даже не знаю, за что Аш~шад борется, как думает и о чем, – крутилось в его голове. – Когда ему придет в голову поставить бокалы за камин и оставить очередной намек? Когда придет в голову снова пожертвовать кровью? Кто я такой, чтобы с уверенностью заявлять, что у каждого действия есть лишь одно возможное объяснение? И что я это объяснение знаю?!
Он и кинжал оставил тут нарочно – чтобы я взял его в руки, услышал какие-то абсурдные голоса и бог знает что додумал?»
Лукас спешно засунул кинжал обратно в ножны и вернул сумку на место. Вытер ладони о штаны. И стоял в темноте, с пустыми руками.
«Люди думают, что все вокруг рациональны. Полагаются на здравый ум. Верят, что понимают поводы и причины, что правильно оценивают последствия того, что происходит, потому что это ведь логично. Рё Аккӱтликс, где они берут эту непоколебимую уверенность? Если сами они так иррациональны?»
Ему вдруг вспомнился другой момент: прошлые выходные, когда Аш~шад так неожиданно исчез.