– Послушайте, – заговорила она уже более уверенно и вышла на середину, остановившись на старых деревянных досках прямо под центральными колоколами. Акустика колокольни усилила ее голос. – Мы много говорим о личной ответственности. Так, может быть, пришло время взять на себя ответственность за то, каким стал этот город. Мне не нравится, как Отступники управляют им, но, как только что напомнил нам Ас, все шло не так уж гладко, и когда мы были у власти. Не без нашего участия город превратился непонятно во что. Я… я уверена, что Отступники действительно пытаются наладить жизнь. Мы можем не соглашаться с их методами, но сейчас дела обстоят именно так. Если нам это не нравится, так лучше, может быть, не пытаться это разрушить, а подать пример. Построить что-то новое, что-то лучшее. Если мы будем делать это за пределами сфер влияния Отступников, покажем, что можем создать жизнеспособное общество, вот тогда… может быть, тогда мы изменим этот мир. А если даже не изменим, кого это волнует? Возможно, это вообще не наша проблема. По крайней мере, хотя бы война закончится.

Первой заговорила Хани. Скрестив руки на груди, она гневно воскликнула:

– Это все тот парнишка тебе напел, да? Я так и знала. Он промыл тебе мозги.

– Никто мне не промывал мозги! – возмутилась Нова, покраснев.

– Ты хочешь сбежать, – огрызнулась Хани. – Ты хочешь сдаться! Именно теперь, когда у нас появился реальный шанс их разгромить!

– Я только говорю, что, возможно, нам не нужно никого громить. Вот в чем проблема, понимаешь? Всегда одно и то же, мы и они. Герои и злодеи. Одаренные и гражданские. Могучие и бессильные. А я просто хочу получить шанс на лучшую жизнь. Для всех нас и для всех, кто захочет пойти за нами. Я хочу жизни, в которой мы больше не будем злодеями! – она говорила все громче, полная решимости, но еще и страха, что ее не поймут. – Мы можем пойти куда угодно. Быть свободными в любом месте. Зачем нам цепляться за это?

Глаза Аса, все еще полускрытые шлемом, наконец, блеснули.

Но сверкнувшая в них искра не была пониманием. Скорее наоборот, он казался оскорбленным.

– Цепляться? – переспросил он. – Цепляться за Гатлон? – он шагнул к Нове. – Это наш город. Наш дом. И я не намерен соглашаться на что-то меньшее. Я не сдам его врагам, которые украли его у меня.

Нова нахохлилась и покачала головой:

– Мы бы не…

– Хватит!

Резкий тон его голоса заставил ее отпрянуть как от удара.

– Если в глазах этих людишек и их, так называемых, героев мы – злодеи, так тому и быть. Мы оправдаем это звание и дадим им достаточно поводов нас бояться, – Ас мерил шагами пространство колокольни, величественный, почти царственный в украденном из ломбарда двубортном мундире. – Мы не побежим. Не станем скрываться. Мы останемся и будем сражаться. И на этот раз мы победим. Этот город будет нашим!