Болезненные амбиции пожирали его изнутри, в то время как он спал в грязном подвале, целыми днями бродил по улицам практически бесцельно, выискивая различных жалких увальней, которым можно подпороть бумажник и вспороть брюхо. Он был никем и ничем. Даже меньше, чем ничем. Тогда будущего господина управляющего «Ригсберг-банка» называли Уличной Грязью, Подошвой, Швалью. Последнее он и взял себе за имя. Он ненавидел его, но всякий раз, слыша его, напоминал себе, что он до сих пор здесь, среди канавных отбросов.

И вот однажды, случилось то, что навсегда изменило его жизнь. Он встретил Счастливого человека.

Улица Карнаби фактически располагалась в Старом центре, но все же монотонное влияние начинающегося всего в паре домов Сонн распространялось на нее чуть более, чем полностью. Никаких башенных зданий, сплошные тихие аллеи, влачащие свое вялое существование личности. Нет мушиного оживления из Старого центра и нет огромных восьмифутовых констеблей из Роттерхауз.

Счастливый человек, примерно возраста мистера Швали, но, в отличие от последнего, явно недостаточно проперченный жизнью, куда-то торопился, наталкивался на прохожих, просил прощения, с улыбкой выслушивал пожелания провалиться в люк или попасть под колеса какого-нибудь «Трудса», и спешил дальше. Он выглядел так, будто проглотил горящий фонарь – лучился и даже пританцовывал, привлекая к себе недоуменные и раздраженные взгляды: люди здесь не любят, когда у кого-то хорошее настроение. Один из этих настороженных, но более того – заинтересованных – взглядов принадлежал именно мистеру Швали. И мистер Шваль, почувствовав, что может поживиться, двинулся следом за Счастливым человеком.

Счастливый человек вскоре остановился у цирюльни «Куафюр у Франка», вскочил по ступеням, скрылся за дверью.

Мистер Шваль заглянул в окно. Счастливый человек, бурно жестикулируя и подпрыгивая на месте, о чем-то говорил господину Франку, владельцу цирюльни, и с улицы до мистера Швали донеслось лишь: «…неожиданная удача…», «…все оплачено…» и «…бриккер-карта…». Тут уж мистер Шваль понял, что ему во что бы то ни стало нужно услышать, что он там говорит. Он ринулся на задний двор, осторожно приоткрыл дверь черного хода цирюльни – он знал: господин Франк никогда ее не запирает.

И вот, что он услышал:

- Да, просто поразительно! Действительно небывалая удача! Прошу вас, присаживайтесь.

Судя по характерным звукам из зала, цирюльник отряхнул щеточкой кресло перед зеркалом, и Счастливый человек счастливо опустился в него.

- Что именно изволите?- осведомился господин Франк.- Какую прическу желаете?