***

Мебель вернулась на свои места в гостиной и прихожей, а мистер Фиш переместился обратно в кабинет доктора. Миссис Трикк все подготовила для чаепития, после чего удалилась, ворча о том, что ее следует предупреждать о приходе гостей. За ней жужжа полетела и Клара.

Сиреневый чай, который пил Джаспер, по вкусу был как газета. Во рту словно чернила расплывались – какие-то… лекарственные чернила. Мальчику этот чай не нравился, но дядюшка велел пить его ежедневно, мол, он очень полезный. И Джаспер пил, поскольку с сиреневым чаем ему позволялось уминать неограниченное количество печенья «Твитти». Может, дядюшка и верил в то, что обыграл его, но на деле Джаспер сам обыграл дядюшку. Любимое печенье уж точно стоило какой-то чашки этого унылого напитка.

Но сейчас, когда они сели за стол, он даже не заметил гадкого чайного вкуса, как не обратил и внимания на пачку «Твитти», услужливо открытую для него миссис Трикк.

- То есть, выходит, ты не просто так рассказал Бенни Трилби про Фиша?- спросил он.

Доктор Доу поморщился, попробовав кофе с корицей, приготовленный экономкой, и бросил тоскливый взгляд на сломанный варитель.

- То, что все статьи касательно происшествия в банке выходят из-под пера сугубо мистера Трилби,- сказал он,- с самого начала показалось мне странным. Я присмотрелся и почти сразу же понял, что сам их оттенок, те подробности, о которых мистер Трилби писал, он мог узнать только напрямую от кого-то в банке. Кто-то там намеренно передавал ему сведения. Разумеется, был крошечный шанс, что он вызнал все сам, но… полагаю, наличие на площади Неми-Дрё № 7 мистера Ратца и его агентов это исключает – мимо них не проскочил бы даже такой проныра, как наш репортер. В общем, я предположил, что Бенни Трилби не просто так получает материал для своих статей, и ему платят эксклюзивами за то, что он сообщает в банк все слухи, которые могут навести их агентов на грабителей.

- И как всегда вы оказались правы, док!- усмехнулся Бикни и шумно отпил из своей чашки.

Рыжий воришка бросил в кофе шесть кубиков сахара: видимо, рафинад в его обычной жизни встречался не часто. Бикни сжимал чашку обеими руками так, будто боялся, что ее у него отберут, его непоседливый взгляд бродил по предметам обстановки, словно прицениваясь. При этом он вздрагивал всякий раз, как били напольные часы в углу.

Этот человек с самого начала показался Джасперу странным – вспомнить только его выходку с «переодеванием в пациента». Разумеется, как только агенты банка удалились, Бикни привел себя в надлежащий вид – если, конечно, чем-то надлежащим можно назвать еденную молью полосатую темно-зеленую кофту и дырявые зеленые штаны. Но затем он зачем-то забрался на крышу, после чего потребовал запереть щель для писем во входной двери на ключ. Очень странный тип…