И все же сейчас у него для Лоусона был ответ. Слова этого типа лишь упрочили его в решении ничего не предпринимать и просто сделать вид, будто письмо от Дилби не приходило. Об этом он как раз и собирался оповестить подчиненных, когда спираль трубы над его головой вновь затряслась, и проползшая по ней капсула глухо стукнула о крышку раструба на стойке.

В Доме-с-синей-крышей уже во второй раз за этот вечер поселилась тишина.

– Будь… я… проклят… – прошептал констебль Домби, когда сержант достал из капсулы очередной конверт, а из него – кроваво-красную перфокарту.

Гоббину не нужно было сверяться с книгой кодов, чтобы понять значение этой карты. Тут все знали, что она значит. Требование исполнить приказ, не терпящее возражений и промедления. А в ином случае того, кто проигнорирует его, ждут худшие последствия из тех, которые только можно представить.

Старший сержант в этот миг вдруг вспомнил, что отнюдь не он – здесь хозяин. Гоббин неожиданно почувствовал себя мальчишкой, которого схватили за шиворот и швырнули вниз с лестницы, чтобы указать ему его место.

– Прюитт, Гоббс, готовьте фургоны. Кормак, Сайлз, берите ключи от шкафа оружейной комнаты, соберите все с двух нижних полок. Молл, что там у нас с аэрофургоном? Грейбисон, разжигай топку, заводи винты… Всем остальным, проверить и зарядить оружие. Полиция выезжает к каналу!

– Стойте, сэр! – крикнул Боунз, и все замерли. – Вы совершаете ошибку!

– Не делайте этого, сэр! – добавил Теккери. – Зачем куда-то ехать? Зачем расчехлять оружие? Давайте мы вдвоем с Боунзом отправимся на Флоретт, двенадцать сами, поглядим что да как, отыщем завравшегося Дилби и приведем его сюда!

Все присутствующие констебли повернулись к сержанту: что он прикажет. Гоббин глядел на Теккери так пристально, словно хотел продырявить ему взглядом голову, на его губах застыла зловещая ледяная усмешка.

– Я ведь не называл номер дома, – сказал он.

Теккери с Боунзом переглянулись и кивнули друг другу. Боунз повернулся к двери и принялся один за другим защелкивать замки.

– Эй, что это ты делаешь? – рявкнул Пайпс.

Он схватил Боунза за плечо и развернул его к себе. На том просто лица не было. Причем буквально: кожа разлезлась и развернулась, из-под нее вырвались длинные зеленые лозы и бутон-ловушка. Извиваясь, отростки устремились к Пайпсу и обхватили его за горло. Похожая метаморфоза произошла и с Теккери. Сбросив личины констеблей, две твари, клубясь и переваливаясь на корнях, набросились на своих бывших коллег, душа, отрывая руки и головы.

А затем мигнули и погасли все лампы – кто-то перекрыл подачу газа в светильники.