Китти запустила пальцы в волосы за следующей шпилькой и… так и застыла.

Что-то произошло. Она ощутила, как сам воздух в комнате уплотнился.

Китти боялась вдохнуть. Дом не просто замер, он окоченел. Абсолютная тишина охватила его.

Напряженное ожидание ощущалось в полу, в стенах, словно вдруг натянувшихся, как кожа на барабане, в двери, которая будто вросла в раму, в окне, которое, казалось, вот-вот моргнет.

Чувствуя, как ужас окутывает кожу липким покровом, Китти задрала голову и уставилась в потолок.

Дом словно приготовился…

Пришла в себя Китти от того, что скрипнула дверь квартиры.Бабушка вернулась, и не одна, но на этот раз компанию ей составлял вовсе не капитан…

– Я не знаю, куда они запропастились, миссис Браун! – Китти узнала голос миссис Тирс.

– Они и прежде вели себя неподобающе, – ответила бабушка. – Крайне безответственные и дурно воспитанные мальчишки.

– Я должна их найти!

– Нет, – отрезала бабушка. – Вы должны лично отправиться к пленнице и проследить, чтобы преображение прошло как надо.

Китти вся превратилась в слух. Они обсуждали Полли!

Миссис Тирс явно была не довольна приказом старухи и решилась возразить:

– Но мои дети…

– Что?! – перебила ее миссис Браун. – Вы, видимо, забыли, миссис Тирс, что это не ваши дети! Это дети Праматери!

– Я… я помню, но…

– Отправляйтесь на станцию! Кто-то должен быть там, когда зерно прорастет…

Китти зажала рот руками. Старуха сама все подтвердила! Полли! Она на трамвайной станции у моста!

Миссис Тирс ушла, в квартире снова стало тихо.