«О, похоже он понял, кто я», — заметил Зиргрин, учившийся ментальной магии вместе с юношей. У него тоже был врожденный ментальный дар, но никто никогда не учил его правильно им пользоваться, так что Крылатый Змей тайно превратился в ученика наравне с Наилем.

— Хм, — парень с сомнением посмотрел на трясущегося мага. — Как ты его узнал?

Маг выглядел как совсем юный мальчишка, но на самом деле внутри этого тела была заперта душа очень старого мага. Магистр прожил достаточно долго, чтобы помнить времена до Великой Катастрофы. И он опознал «вкус» силы существа, стоявшего за его ненавистным учеником.

— Этот раб был в столице Империи во время Великой Катастрофы. Он лично видел демона с четырьмя хвостами, с которым сражался юный бог… Этот раб никогда не забудет ощущение его силы…

— Вот оно что, — Наиль сел на кровати, почувствовав, что мышцы на спине достаточно восстановились.

Он по-новому взглянул на стоящего перед ним на коленях мага. Этот человек пережил Великую Катастрофу и был буквально ходячей историей. Он помнил Крылатого Змея до того, как тот превратился в меч. Да, он был на стороне врага, но все ли так однозначно?

— Тебя ведь не сломили до конца, верно? Только не ври мне, ты же сам меня обучал распознавать признаки.

Магистр поднял голову и тяжело вздохнул.

— Господин, я умоляю не мучить меня больше. После стольких пыток я смирился и подчинился, так какая разница, сломили меня или нет?

— Так я и думал. Ментального мага не так просто превратить полностью в раба. Ты ведь уже понял, кто стоит за мной, верно?

— Хранитель. Вы апостол Крылатого Змея.

— Это…

«Пусть так считает, это не столь далеко от правды».

— Ну ладно, можно сказать, я что-то вроде апостола. Хотя лично мне больше нравится считать себя его учеником. Именно он обучил меня убивать. И пытать тоже, — после этого намека магистр вновь неосознанно начал дрожать, повторно переживая те ужасные моменты.

— Но почему…

Он не осмелился закончить вопрос. В конце концов, для раба, он уже вел себя неправильно, о чем ему активно сигнализировала начавшая сжиматься на горле полоска кожи. Проклятый рабский ошейник.

Наиль молча протянул руку, и ножны с одушевленным мечом послушно покинули держатель на стене, приземлившись ему в руку. Парень встал с кровати и обнажил клинок, спокойно рассматривая склонившегося перед ним в ужасе человека.

— Я сейчас задам тебе вопрос. И ты знаешь, что с моим уровнем ментального дара не сможешь соврать незаметно для меня, верно?

— Спрашивай, господин.

— Почему ты сражался на стороне Хальмина?