Кроме того, в ракете имеется остроумное автоматическое устройство, с помощью которого будет исследовано влияние условий полета и пребывания на лунной поверхности на человеческий организм…»

Диктор продолжал еще что-то говорить, но Флипу некогда его слушать. Надо бежать в редакцию, а оттуда к светилам научного мира, имеющим что сказать по этому поводу. Надо хотя бы собрать высказывания. На этом тоже можно заработать скорее!

Как жаль, что нет Артура! Он подсказал бы, какие знаменитости могут дать самые интересные интервью: он ведь знает все астрономические новости, этот мечтатель-звездочет. Он и сам, бывало, высказывал оригинальные мысли.

Жаль, что Флип к его разговорам плохо прислушивался, сейчас можно было бы его слова вложить, например, пользуясь методом газетных репортеров, в уста какого-нибудь преуспевающего деятеля, не очень-то способного на оригинальность.

Но Артура нет. Он исчез так некстати. А впрочем, надо вспомнить, что он говорил тогда, в ресторане? Что он готов исчезнуть с Земли и улететь в космос. А что сказал диктор по радио? «В ракете имеется автоматическое устройство, позволяющее исследовать человеческий организм в полете».

Стой, Флип, не торопись: это надо обдумать!

Итак, ракета летит с какой-то загадочной, можно сказать, живой штукой, а Артур исчез. Артур, готовый лететь хоть на Луну, Артур, который собирался принести себя в жертву науке и согласен был бесследно пропасть, действительно исчез, никого не предупредив, бросив работу, вещи, ложе белье! Вот они, чемоданы с его бельем, Исчез, не оставив следов!

А где же записка?

В записке ничего особенного. Как бы ни так! Флипа Маккуэля так просто не проведешь. Откуда у Артура родственники, да еще с состоянием? Он сам рассказывал Флипу, что воспитывался приемным отцом, матери не помнит. Отец, по-видимому, скрывался от кого-то и не имел связей ни с кем, а тем более с Артуром. Да к тому же, если бы Артур куда-нибудь действительно поехал, то уж взял бы в дорогу чемодан, а они все торчат у его кровати даже не тронутые.

Бумажка для записки вырвана из какой-то записной книжки, с золотистым обрезком, какой у Артура никогда не было. Ясно, что он писал на чужой бумаге.

Кто-то зашел за ним!

До чего же Флип невнимателен, надо было раньше заметить это.

Страшная, жгучая, интереснейшая догадка жгла мозг Флипа. А не в ракете ли Артур Кокрофт?

Но — спокойствие! Надо все обдумать и посмотреть внимательно, нет ли еще каких-либо признаков, подтверждающих эту мысль.

Ну, конечно, есть! А письмо! Артуру пришло письмо через несколько дней после того, как он вылетел, то есть уехал.