Закончив, он выключил свет, закрыл крышку погреба и пошел спать.

25 декабря 1977 года

Бруклин, г. Нью-Йорк

Это был даже не снег, а какой-то ледяной дождь. Он падал на улицы и тут же замерзал под агрессивно-резким ветром, от которого нулевая температура ощущалась как арктический холод. Вся улица превратилась в сплошной ледяной кошмар, который…

Заставлял Хоппера наслаждаться каждой минутой зимы. Потому что внутри его квартиры в бруклинском кирпичном доме было тепло и светло. А самое главное – его окружала семья.

И сегодня было Рождество.

А Хоппер любил Рождество.

Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. И когда он открыл их минуту спустя, то увидел Диану, глядевшую на него с пола у елки, где она с посильной помощью Сары разбирала завернутые подарки. Теперь Диана держала в руках большой плоский прямоугольный сверток – «наконец-то! Саре она наверняка понравится…» – но, учитывая поднятую бровь и поджатые губы, было сложно сказать, что могла означать эта задержка.

– Все в порядке, дедуля? – спросила Диана.

Хоппер открыл было рот, но не придумал, что ответить. Сара рассмеялась и убедительно объяснила Диане, что папа не может быть дедой. А если мама действительно так думает, то, значит, она – самый глупый человек на нашей улице, а может, и во всем мире!

– Дедуля? – наконец обрел дар речи Хоппер, затем оглядел себя сверху вниз. – Ты хочешь сказать, этот восхитительный свитер, подаренный моей восхитительной женой на Рождество, придает мне взрослый величавый вид?

Диана расхохоталась, вслед за ней засмеялась и дочь, пытавшаяся надеть платье на куклу – это был первый подарок, который она сегодня открыла. Рядом на полу лежал подарок номер два: большая книга с картинками, на обложке которой были изображены разные космические чудеса. Хоппер сам очень хотел поразглядывать эту книгу при первой возможности.

– Нет, дело не в свитере, – ответила Диана. – Но я рада, что он тебе понравился.

– Понравился? Да я в него влюбился!