— Элли! — закричала я, срываясь с места, а затем натыкаясь на прозрачную стену, сотканную из воли призраков.

— Неа! — покачал пальцем Максим.

Я почувствовала, как мышцы деревенеют, подчиняясь желанию брата.

Элли грязно выругалась. Усилием воли её подняли и, волоча ноги по земле, протащили до Максима, чтобы они оказались на одном уровне.

— Не сопротивляйся и всё пройдёт гладко, — Максим чуть запнулся, настороженно глядя на неё.

— Иди к чёрту, сволочь, — процедила Элли, а затем совершенно свободно подняла руки и направила их на него. — Сейчас ты познакомишься со своей хозяйкой!

Пронзительно закричала девушка и ей в ответ вторили вороны, слетевшие с деревьев, сбившиеся в огромную стаю. Изнанка изменила цвет, тени неправдоподобно загустели, набухая словно почки, меняя окрас на угольно-чёрный. Я видела руки Элли, по ним бежали сети чёрных вен, они заблестели, как будто она окунула их в воду.

Сила, удерживающая меня, ушла и я рухнула в мокрый снег, не в силах оторвать взгляд от открывающегося зрелища.

Я видела ручьи воды, пробивающие снег, как потоки, текущие к призракам. Мгновение и они почти окружили брата, когда он толкнул одного из своих в воду, а затем схватил девушку за руку и исчез, убегая подальше от воды. Призрак, оказавшийся в далеко не мелкой воде, пронзительно закричал, его тело полностью погрузилось под воду, а затем он исчез, растворился во тьме. Второй оставшийся, с безумием во взоре смотрел по сторонам, понимая, что пути к отступлению нет. Задержка, вызванная поступком брата, позволила ему уйти вместе с девушкой, а вот оставшемуся не так повезло. Он смотрел прямо на Элли, моля о помощи, тогда как девушка мрачно улыбалась, наслаждаясь своими действиями.

— Умри достойно, призрак, — сказала она и он оступился, беззвучно падая вниз.

Девушка опустила руки. Больше ничего не вело воду, и она истончилась, пока не исчезла полностью, оставив в воздухе едва уловимый запах соли и серы. Элли рухнула в снег, забилась в судорогах, изо рта и носа потекла чёрная жижа, она захрипела, глаз закатились, оставляя только белки, полные тонкими сетками из почерневших сосудов.

— Элли! — падаю на снег подле неё, приподнимаю голову, чтобы она не захлебнулась и помогаю перевернуться.

Чёрная рвота, касаясь белоснежного, сверкающего в лучах солнца, снега, шипит, а затем исчезает, оставляя лишь небольшие ямки, вмятины.

Откашлявшись, она перевернулась обратно на спину и запрокинула голову, уставившись в лазурное, по-зимнему ясное, небо.

— Как ты это сделала? — спрашиваю осторожно.

— Харон сказал, что это последнее средство. Слишком большая сила для такой маленькой меня. Я чуть не умерла, не утонула вместе с призраком, — отвечает хрипло, продолжая смотреть в небо. — Я научу тебя этому дару. В тебе много твоей силы, ты справишься. Сможешь постоять за себя.