– Разговор-то у вас точно беспредметный, – вмешался Кейт. – Лучше скажи, капитан, как мы сами от воздействия вашего психотронного оружия будем защищаться?

– Никак, – немного отрешенно обронил Рэд. – Оставим за кормой, как дымовую завесу, и на скорости уйдем.

– На какой скорости? Где ты здесь разгонишься?! Всякого мусора до черта! Сплошные скопления. Гравитационные направляющие во все стороны торчат, разрешенных зон перехода нет, – сказал штурман. – В лучшем случае два-три коротких прыжка.

– Задолбал! – Гардон встал. – Дорогу рисуй. Как я на ней разгоняться буду – не твое дело!

Сент-Фалль тоже вскочил, встал напротив капитана и уколол его черными точками зрачков. Пустое штурманское кресло развернулось на сто восемьдесят градусов.

– Там боевые крейсеры. – Серж ткнул пальцем в обзорный экран. – У них со скоростью тоже все в порядке. И пилоты не с телеги сняты! Ты хорошо подумал?

– Я думать не умею – только корабли водить. Делом займись! – Рэд запнулся. – Через д-два часа п-проверю.

Гардон вышел.

– Сколько можно пить! – сказал Серж в пространство. – С выхлопом уже. Когда успел? Блохин с ним возился целую ночь, устал, как собака. А толку? Вообще не слышит, что ему говорят! Я ему про то, как лучше козырями распорядиться. Он мне про то, что война – это плохо. Даже разговаривать не может!

– Главное – выскочить за границу информационной блокады, – примирительно произнес Кейт. – Кроме Гардона еще Стрэйк есть, который уж точно не с телеги слез. Виктор говорил: Рэд там умирал, на планете… Я, грешным делом, подумал: приврал. Вечно его выгораживает… А на Гардона посмотрел – ив самом деле полуживой: руки дрожат, хромает, как будто только вчера подстрелили. Ты видел, как он прикуривал? Хорошо хоть по именам нас помнит. Так что пусть пьет.

– Ему к токсикологам надо, а не за штурвал, – процедил штурман. – С начала рейда не просыхает! Не можешь работать – уходи. Техники уже спрашивают, что у нас с капитаном случилось? Им что скажем? Не хватило духу в отставку подать?

– Он подавал, – сказал Кейт. – Не кипятись. Рэджинальд у нас, конечно, не без заморочек, но далеко не дурак. О своих недостатках не хуже тебя знает.

Сент-Фалль сделал паузу, осмысливая то, что только что услышал.

– Кто? Гардон?

– Да.

– Не может быть. Ты что, рапорт видел?

– Не видел. Стрэйк проговорился. Отставку не приняли. Отсрочка до окончания рейда.

Штурман недоверчиво посмотрел на радиста.

– Что значит – не приняли? Это юридический прецедент, причем довольно серьезный. Мы не военная организация. Трудовое законодательство на нас распространяется в полном объеме. А на Гардона, который сроду ни одного предстартового тест-контроля не прошел без подкупа должностных лиц, – на триста процентов. Ему только порог медкабинета переступить – гарантированный заслуженный отдых.