– Через пять минут! – не оборачиваясь, бросила Клэр.

– …благодаря детальной проработке руководством всех этапов операции и четким согласованным действиям всех ее участников…

Она досадливым взмахом руки заставила исчезнуть какую-то тень, навязчиво маячившую на входе.

– …успешно завершена. В ближайшее время после повторного зондирования система Зельды и прилегающая территория будет снова открыта для движения судов космофлота. На схеме вы можете видеть наиболее ответственные этапы проведенной операции…

На схеме. Клэр медленно откинулась на спинку стула. Космос падал на нее, мерцая миллиардами созвездий, взрывая крошечное человеческое сознание нечеловеческим понятием бесконечности. Там, в бесконечности ползли по тусклым переливам северного сияния иссиня-черные зигзаги. Медленный изгиб – как поворот песочных часов, и открытый Космос выворачивается наизнанку. Ослепительно сияющие молнии впиваются в иссиня-черный сгусток, играющий с пространством в бледных лучах далекого голубого гиганта.

– Клэр…

– Что с ней? Клэр!

Крошечные черточки и крестики человеческих кораблей, искорки двигателей, работающих на пределе своих возможностей, отрывистые хриплые слова команд, горячее дыхание в коммуникаторах гермошлемов. Стремительно разворачивающиеся защитные поля. Алая струйка крови изо рта, и угольно-черные потусторонние глаза, словно подернутые пеплом…

– Вызовите врача!

Кто-то тормошит, трогает за лицо, плечо горит как от укуса насекомого.

«Типовой инжектор первой помощи. Предусмотрена работа в условиях открытого космоса. Диагностические возможности ограничены. Универсальная медикаментозная смесь „Противошок“ обеспечивает работоспособность пострадавшего до четырех часов при условии адекватных нагрузок…»

Откуда она знает эту инструкцию?!

Демонстрационный экран в кабинете рассеченный изломами трещин, прогибается внутрь помещения, рисуя прекрасную бело-голубую звезду.

– Рэд, пожалуйста…

Голос, укусивший в плечо, за что-то злится на нее и на ее коллег:

– Ничего не говорит! Отойдите все! Она где-то наблюдалась? Первый раз…

Кто-то чужой стаскивает с нее одежду. Чужие руки, чужие. Грубые.

– Рэ-эджи-и-и!

Дыхательная смесь имеет острый привкус паленой пластмассы или железа… или… она с ужасом обнаруживает, что не знает, как называется этот запах. Загубник дыхательного аппарата больно ударяет по зубам. Если дело дошло до загубника резервного баллона, значит, собственная рециркуляция скафандра накрылась. Или нет герметичности. Видеоконтроль систем в углу гермошлема расплывается слабо светящимся пятном. Кто-то светит фонариком прямо в зрачки. Уйдите все! Не трогайте меня… Воздух без названия механически закачивается в легкие, с шипящим усилием проскакивая горло. И космос тает, тает, проходя по краешку сознания призрачной тенью в режиме совмещения «Виртуального конроля»…