— Ну… можешь на ковре перед входной дверью. А если поместишься — вон, рядом со Зловой.

— Это что… реально Злова?!

— Она самая.

— Хм-м-м… раньше она была активнее. — вздохнула Капитолина и продолжила неуверенно мяться возле двери.

— Ну, так что?

— Я не знаю…

— Мратство… Превращайся в волка и ложись на кровать! Чего такого?

— Я не сплю в зверином обличии. Да и… честно сказать — я уже давно не превращалась.

— Тц… — я обреченно закатил глаза: — Ну, тогда ложись в образе человека! Поверь, я безобиден. Приставать не буду.

— Это после того, как ты несколько раз сказал, что у меня симпатичная мордашка?

— Не гони! Ты — дух. А я — человек. Мы не сможем воспроизвести физическую близость.

— Откуда ты это знаешь? Пробовал?

— Нет. Ну, так все говорят…

— Ага! Все много что говорят. — недовольно фыркнула богиня и подошла к кровати: — Закинешь ногу на меня — я тебя укушу. Начнёшь приставать — отожру ухо. Ты меня понял?

— Пф-ф-ф-ф… — устало выдохнул я: — У меня есть любимая женщина. Так тебе спокойнее, Госпожа Недотрога?

— Мужчин это зачастую не останавливает. — пробурчала волчица, и оказавшись в одном смелом бельишке, аккуратно легла на кровать.

— Какой разврат! — слегка возмутилась Рудольф.

— Волчица-извращенка, ня! — донеслось со стороны моих ног.

— Вы такие… «хорошие» девочки. — злобно прорычала Капитолина, и стараясь не касаться меня, накрылась свободной стороной одеяла: — Кошмар… Сперва посадили в тюрьму. А теперь ещё и легла в кровать к чёрт знает, чему…

— Но-но! Попрошу без оскорблений. — закрыв глаза, тихо произнёс я.