— Чего? Как будто ты обычный человек. — фыркнула волчица и упёрлась мне пушистым рогаликом в колено: — Да я бы от тебя и живого места не оставила… будь ты такой, как все.

— Спи. Не хочу ничего обсуждать.

— Угу… И смотри мне! Терпеть ненавижу извращенцев…

— Сказала та, что положила мне на ногу хвост.

— Ну… по-другому я не помещаюсь…

— Давайте по тише, голубки… — сквозь сон, промямлила Злова: — И чего это тут так древними богами несёт… Видимо, опять кто-то побрызгался «Старыми специями»…

— А, нет… — усмехнулась волчица: — Узнаю эту старую ворчуху.

— Кстати, в семь утра у нас тренировка. Ты будешь заниматься с нами. — строго произнёс я.

— Можно не надо?

— Нельзя.

Спустя пару минут все наконец-то заснули. Все, кроме меня… потому что «Госпожа Только Попробуй Меня Потрогать» нагло развернулась ко мне лицом, а затем обвилась руками и ногами вокруг моего тела. А после — сладко засопела, приговаривая что-то про «Батю-Громовержца». Видимо — это на древне-римском…

В общем, надо будет подумать над отдельной кроватью, если эта латентная любительница ночных обнимашек продолжит дрыхнуть в человеческом облике.

Глава 17

Глава 17

Мне крайне редко сняться действительно яркие и запоминающиеся сновидения. В основном я просыпаюсь с совершенно чистой головой. Да, ладно уж… напоминает включение и выключение телевизора или компьютера.

Но на этот раз фаза быстрого сна решила «порадовать» меня довольно странной, но в тоже время интересной заготовкой.

А именно — я шёл по огромному полю на встречу земному закату. Красивому такому… Малиновому, с небольшими всплесками ярко-золотого цвета. Я всегда отмечал, что на Террах закаты прекраснее всех. С ними могли потягаться разве что некоторые экзоспутники газовых гигантов, но там уж как повезёт.

Наслаждаясь приятным ветерком, что как будто исполнял страстное танго на траве, я прошёл дальше и увидел таинственную незнакомку в белоснежном сарафане. Она стояла примерно в десятке метров от меня и любовалась расплескавшейся по темно-синему небу палитрой восхитительного заката.

Подойдя чуть поближе, я решил разглядеть девчонку.

Невысокая… думаю, метр и шестьдесят сантиметров. На вид лет семнадцать, может чуть-чуть больше. Причёска под каре. Такую обычно делали молодые земные девчата, когда пытались донести всем о том, что в их жизни начался очередной новый и вне всяких сомнений — важный этап. Но больше мне понравился цвет волос — переливающийся пепельный. А в отсветах заката — даже немного жемчужный.