Успокоить брата смогло только клятвенное заверение в том, что я обязательно найду способ забрать его из этого дома и избавить от причуд матери. Как — пока совершенно непонятно. Многое могло зависеть от содержания завещания.

Оглашение было назначено через два дня.

123

Глава 69

Глава 69

В назначенный день все собрались в кабинете.

После взбучки, полученной от отца, Лаура выглядела слегка присмиревшей, но важничать не перестала. Было заметно, что у неё большие ожидания относительно завещания мужа. Всё-таки при его жизни баронесса крутила супругом, как хотела и имела основания надеяться на многое.

Я вообще ничего не ждала от этой бумажки. Даже мысли никогда не приходило, что могу когда-то рассчитывать получить материальные блага из этого дома. Хотя, в принципе, это было бы логично — как ни крути, я — дочь барона.

Единственное, что занимало сейчас мою голову — найти способ избавить Тео от манипуляций со стороны матери.

Марк присутствовал как родственник одной из наследниц и свидетель оглашения. Серьёзный и нахмуренный он, как и я, беспокоился за судьбу внука.

Завещание шокировало всех.

Во-первых, ко всеобщему удивлению оказалось, что оно было переписано совсем недавно. От этой новости глаза баронессы нервно забегали.

Во-вторых и во всех следующих — содержание его оказалось несколько неожиданным. Опуская малозначительные подробности самой процедуры, воля отца заключалась в нижесказанном:

основную часть наследства, а именно одну из оставшихся в баронстве деревень (Фуркево), имение и всё хозяйство получает Тео;

мы с Лаурой пополам получаем доход от Белем — не в собственность, а в порядке содержания до момента замужества.

Лицо Лауры вытянулось от новости о такой скромной «вдовьей доли». Но пока у неё оставалась надежда на опекунство над главным наследником. И вот тут мачеху ждал такой удар, что она всё-таки потеряла самообладание и, хлопнув дверью, вылетела из кабинета, не дожидаясь официального окончания процедуры.

Опекуном Тео был назван Марк.

Боже, какое несказанное облегчение я испытала в тот момент.

Марк от неожиданности тоже не сразу сумел осознать сказанное почтенным нотариусом. Всё-таки тёплыми отношения зятя с тестем нельзя было назвать даже в лучшие времена. Марк никогда не любил Рауля. А в последнее время и вовсе.