Всё предложенное выглядело соблазнительно, но как-то мелочно.

— Знаю один схрон…

— Не, — отказался Тукан. — Давай так: я и мои друзья — люди, которые живут неприятностями, причём, как показывает практика, противозаконными. Поэтому если мы вдруг когда-нибудь, что-нибудь нарушим, ты нас не заметишь, пойдёт?

— Ты что, тоже собрался жечь усадьбы? — подозрительно уточнила Эрйриэн.

— Увы, планы даже на завтрашний день мне неизвестны, может и такое быть, но это не точно, — ухмыляясь, заявил крестоносец. — Но этого гаврика я заберу уже сегодня. Правда, не могу поручиться, что с ним будет дальше.

— Да и плевать, хоть день покоя, — решительно заявила эльфийка и направилась к своим подчинённым. — Мы отпустим его! Точнее, передадим в руки нашим коллегам из Союза Запада.

— Эм, можно оставить эти замечательные кандалы? — вклинился Тукан, поняв, что жандармы собираются освободить Форина. — Они ему очень идут.

— Эт точно, — хохотнул один из всадников. — А ещё ему идёт отсеченная голова, да, псих?

— Иди ты знаешь куда, подстилка вампирская! — буркнул дворф, явно недовольный таким поворотом событий.

Тем не менее Форин без лишней борьбы забрался в бричку, довольно вольготно в ней расположившись. Тукану оставалось маловато места, но в конфликт он решил не встревать.

— Давай, коняка, дуй обратно в Амбваланг, — скомандовал он Разочарославу и на прощание махнул рукой жандармам.

Только здесь крестоносец наконец получил возможность внимательно рассмотреть своего пленника. Помимо весьма странной одежды — что-то вроде шахтёрской робы аляповатой раскраски — выглядел он чудно. Странная кожа цвета пергамента и примерно той же текстуры, ввалившиеся глаза, будто Форин последний раз спал лет эдак двести назад. Но страннее всего оказалась борода, которая не была бородой вовсе. Дворф был абсолютно лыс: ни единого волоска на голове. То же, что можно было принять издали за бороду, оказалось полосками кожи, заплетёнными в косы.

— Меня зовут кожаной бородой, — пояснил Форин.

— Милая кличка, — смутившись, оценил Тукан и указал на ленты. — Это чья кожа?

— Вампирская.

— Какая прелесть…

Крестоносец вдруг очень пожалел, что у него при себе нет нормального оружия. Не то чтобы от дворфа исходила опасность, тот был настроен довольно благодушно, но рядом с такими персонами всегда полезно иметь план «Б», очень не помешал бы план «В», ну и для подстраховки план «Г».

— Вампиры-космодесантники напали и вырезали всю мою станцию, — вдруг начал рассказывать Форин. — Мы были мирными шахтёрами! Добывали вольфрам возле Бетельгейзе! Меня и остальных обратили и держали в качестве рабов несколько лет подряд. Но я вырвался и теперь мщу. А это, — он ткнул в свою бороду, — мои успехи.