— Могла бы ему и помочь умереть! — ехидно крикнул Фионе маг «Клинков Четырёхречья». — Зачем затягивать бой и так всё...

Раздался свист, прервавший поток сарказма. Судья продемонстрировал жёлтую карточку и предупредил:

— Ещё одна такая сцена, и я лишу вашу команду зелья! Никаких конфликтов на арене!

Зрители, в массе своей болевшие за Фалайза, а значит и за его сопартийцев, встретили такое решение одобрительным гулом. А вот известие о том, что победа в этапе уходит «Клинкам Четырёхречья» — полным нескрываемого возмущения свистом.

— А ведь мы могли бы это использовать, — хитро отметил Тукан, пока арену готовили для следующего этапа. — Популярность эту.

— Это как же? — поинтересовалась Фиона.

— Народная революция! Равенство, братство и… эм, свободная касса!

— Точно! Как я только сама не догадалась.

— А мне не нравится, — влез Фалайз.

— Да-да, — отмахнулся от него крестоносец, — ты это целый день говоришь.

— Неправда! Не просто день, а второй день.

— Знаешь что, мистер Скромность? В кои-то веки к нам относятся по-ло-жи-те-ль-но, — последнее Тукан произнёс по слогам, — цени момент. Наслаждайся им. Потому что не пройдёт и двух недель, как всё вернётся в зад. И я не оговорился. А теперь иди и порви эту образину на флаг Британского Союза.

Монстр достался Фалайзу что надо — не противник как таковой, а целая вещи в себе, этакая мини-игра, которую надо было решить. Первой преградой на пути к его убийству был тоненький магический щит, лопавшийся от любого заклинания, даже самого слабого. Впрочем, как выяснил дикий маг — сильные он тоже отражал. Вторым слоем защиты шёл толстенный металлический панцирь, словно какая-то черепаха посмотрела передачу про современную бронетехнику и вдохновилась. Его следовало проплавить, или продавить, или пробить. После этого ты добирался до непосредственно монстра, который умирал от любого чиха… а затем возрождался, требуя повторить все процедуры заново.

Фалайз хоть не с первого раза, но смекнул, что надо делать со щитом — его он «пробил» ударом кулака, который в любое другое время убивал муху лишь с третьего попадания. С броней он справился в своём фирменном стиле «жахни посильнее, и будь что будет», а вот к возрождению оказался не готов. И пока заново возился со всеми этими слоями, его соперник из «Клинков Четырёхречья» уже закончил. Утешало одно: второй маг победил исключительно благодаря тому, что влил в себя все имевшиеся зелья.

— Ничего страшного, — утешила дикого мага жрица. — Ещё есть время отыграться.

— Но немного, — поддакнул крестоносец. — Поэтому соберис, держис и вообще не падай, особенно духом!