Переглянувшись с Кейтлетт, я понял, что она пришла к схожему выводу. Не сговариваясь и не прощаясь, мы, ориентируясь на свет, двинулись в путь, точнее собирались, когда нас остановил Хоаким.

— Вы что, пешком собрались идти? — удивился нашей тупости король.

— Ну… — я выразительно огляделся, намекая, что никаких транспортных средств в округе не наблюдалось.

Неодобрительно покачав головой, король очень залихватски, почти по-разбойничьи свистнул несколько раз. На свист отреагировали не сразу, но отреагировали: появился нервно озирающийся по сторонам слуга, который не рискнул приблизиться к нам, остановившись в паре метров.

— Ваше величество, но у вас же есть специальный свисток, — причитая, начал он.

— У меня есть и неспециальные пальцы, — фыркнул Хоаким пренебрежительно. — Мне нужны два коня. Быстро и сюда. Пошёл.

Слуга покорно поклонился и убежал. Вернулся он с парой помощников минут через пять, неясно как ориентируясь в этом тумане, но всё равно безошибочно найдя короля.

— Вернёте в целости и сохранности, — махнул нам рукой, приглашая, Хоаким и приложился к фляжке, словно сделал тост. — Удачного спасения мира. А, и ещё, — не с первой попытки он снял с пальца одно внушительных размеров кольцо и перекинул его Ноа, подмигнув: — поможет в пути.

Башня и до того нагоняла на меня жути одним своим видом издали, что уж говорить о сегодняшнем дне, когда огромное, даже скорее колоссальное строение, источающее яркий свет, показалось нам с Ноа из тумана.

Рейланд Рор искренне верил, что башня — это посох богов, который они оставили при сотворении мира. Также он верил, что сами боги жили где-то на небосводе. Казалось бы, сказка и сказка, не первая и не последняя такого рода, но я отчётливо видел, что башня в самом деле напоминала посох слишком сильно для того, чтобы это было случайностью или чем-то, созданным руками простого человека. Кто оставил её здесь и с какой целью? В любом случае, для существа обладающего такой силой мы с Ноа были чем-то вроде глупых муравьёв.

Странности были не только с самой башней, но и с тем, что её окружало. Здесь, в кратере очень неясного происхождения, в самом центре которого и располагалось строение, росли совсем иные растения нежели в окружавшей местности. Таких цветов и кустарников я прежде не встречал, даже трава выглядела иначе: молочно-зелёная, длинная, нисколько не напоминающая ту, что росла вокруг кратера.

Кони тоже слегка нервничали, но чувствовалось, что их выдрессировали так, что гнева хозяев за непослушание они боялись значительно сильнее, чем какой-то там башни и странной растительности. Не в меньшей растерянности пребывали и люди, встреченные нами, особенно «лунные». Эти, если бы не печать короля, вряд ли бы нас пропустили.