Ресс вместо ответа окинул меня многозначительным взглядом и пожал плечами. Что он хотел этим сказать, я не понял, но искать ответ определённо стоило в области странных снов. Рассказывать же о них или тем более их содержимом Кейлу Рессу было равнозначно смерти.

Сборы много времени не заняли, ведь вещи-то наши остались снаружи убежища на ночь. С ухмылкой глянув на мои продовольственные запасы, Кейл нехотя сунул мне пару своих сухарей, которые всё равно нестерпимо напоминали по вкусу камень, но хотя бы подавали признаки того, что их можно рассосать, и фляжку с водой.

Его собственная диета оказалась точно такой же: ссохшийся хлеб и вода. Глядя на неё, я начинал скучать даже по «кофе» Миюми.

«Позавтракав», мы двинулись в путь. Шёл Ресс уверенно и быстро. Он легко ориентировался в переплетениях тропинок Коварного ущелья.

Поначалу я пытался как-то запоминать наш маршрут — меня с детства учили, что не стоит ходить с незнакомыми дядями в горы, но Кейл так часто и быстро менял направление движения, что бесконечные повороты, перекрёстки и раздваивающиеся тропы просто слились у меня в мозгу в один монолитный кусок непонятно чего.

Только к вечеру мне удалось понять, как же Кейл так ловко ориентировался в казалось бы одинаковых скалах. Разгадка оказалась простой — пометки.

Остановившись возле очередной раздваивающейся тропы, одна половина которой уходила влево и немного вверх, а другая вниз, Ресс долго, внимательно разглядывал окрестные камни.

— Потеряли любимый булыжник? — Ответа на мой сарказм не последовало, пришлось спрашивать нормально: — Что-то случилось?

— Какой-то идиот случился. Здесь должен быть мой знак.

— А?

Ресс указал на кусок камня. Часть была отколота — по виду не так уж давно.

— Тут находилась отметка. Кто-то целенаправленно её отколол.

— И что, мы теперь не знаем, куда идти? — с иронией поинтересовался я.

— Теперь я не знаю, какой из этих двух путей опасный, а какой, — Кейл ухмыльнулся, — чуть менее опасный.

— А чем они отличаются?

— Тем, что в одном случае будет обидно погибнуть, а в другом вы даже не поймёте, где же ошиблись.

— Как по мне и то и то звучит не очень. Особенно после слова «погибнуть».

Ресс словно не обратил на мою реплику никакого внимания. Вместо этого он извлёк из кармана кусок угля и принялся выводить им на камне небольшой витиеватый знак. Не знай я, что это рукотворный символ, в жизни бы об этом не догадался.

«Интересно, сколько таких раскидано по горам?»

— Много раз вы бывали в этих горах? — спросил я.