В конце концов, я не выдержал:

– Знаешь, что я понял, пока жил один? Что никакого счастья нет. А тот, кто вечно занят его поисками, обречен быть несчастливым. Он всегда будет сравнивать себя с другими и постоянно будет искать тепла для собственной задницы. Этот процесс невозможно остановить. Дерево гниет, металл ржавеет, человек стареет… Этот мир убивает! А мы в нем счастье ищем…

– Заканчивай, философ, – иронично произнес Фил.

– Ты прав, я люблю их. И мне с ними очень хорошо. А выпнуть Мэтта, все равно что в туалет сходить. Один пинок под зад, и он побежит так, что дерьмо по дороге будет сыпаться.

– Тогда чего ты поперся со мной? – спросил меня Фил не оборачиваясь. – Ты оставил там своё сердце! И больше оно тебе не понадобиться.

– Каждый человек должен заниматься тем, что у него получается лучше всего, – ответил я. – Я не смогу быть хорошим отцом. А убить Эльса смогу.

Мы вышил к руслу реки и достали фляги, чтобы наполнить их питьевой водой.

– Знаешь, в чём ты ошибся? – спросил меня Фил. – В том, что отказался забирать свой трофей. Если ты возомнил себя воином, так приди и забери своё. В этом суть войны. Победитель получает всё. Ты шёл по дороге истязаний и держал в голове свою любовь. А теперь бежишь от неё, вообразив себе гордость и величие. Только это не так. Ты пошел по пути гордыни и оставил в лагере своё счастье. Это был твой трофей.

– Что я должен был сделать? – возмутился я. – Дать им надежду на возвращение, а после отобрать её? Так что ли? Это моё счастье? Или снять маску, остаться в лагере и протирать казенные штаны в школьном патруле?!

Фил криво улыбнулся. Мы пошли вдоль ручья.

– Есть два типа людей, – продолжил Фил. – Большие и маленькие. Те, что маленькие, рисуют свой мирок вокруг своей семьи и точка. Те, что побольше, рисуют свой мир по контуру земного шара. Они творят мировую историю. Где твой мир, Брайан?

– Там, где у Лиззи и Сальмы есть будущее, – коротко ответил я. – Человек обречен. Нам дали шанс все изменить.

– Ага, – смеялся Фил. – Значит ты рвешься спасти этот поганый мир, ценой собственной жизни, ради тех, кому не нужен этот мир, без тебя? Брайан, ты дурачок?

Я остановился, выдохнул и недовольно посмотрел на Фила. Тот стоял с ехидным лицом и откровенно надо мной посмеивался.

Потом он сделал шаг ко мне и сказал:

– Всё, чем наградила тебя жизнь, Брайан – это любовь Сальмы. Это и есть твой мир. Его надо спасать, а не то, что ты себе придумал. На черном фоне, красочный пейзаж не нарисуешь. Картина получится весьма мрачная. Без любви твой мир жалок. Он темнеет, и ты становишься слабым, озлобленным, безвольным, глупым и нерешительным. Это и есть твоя ахиллесова пята, герой Призрак. Без любви ты никто.