Получение новой парадной формы, шеврона и оружия было не таким каким ожидалось. Прошло уже половина первого месяца лета, основные торжественные мероприятия я пропустил, находясь в подвалах здания особой службы. Всё выдали, когда меня наконец собрались выпустить. Просто нашёл свою новую форму с оружием на табуретке у ванны, тут же лежал лист, в котором говорилось что с меня сняты все обвинения.

Оглядел ещё раз свою комнату — на тумбе так и стоял домик для Пи, маленького зверька которого я убил своими руками. Убил по приказу наставницы, и теперь понимал почему происходит так. Почему не приглашают отдельного офицера, который бы мог проконтролировать всю процедуру.

Ответ прост — мы не должны винить себя, мы должны обязательно знать того кто отдавал приказ. Если бы это был незнакомый человек — в итоге мы бы всё равно могли сгрызть себя в самобичевании. А когда тебя предаёт тот, кому ты доверялся полгода и кого уже считал чуть ли не родным человеком — так проще. Нам, курсантам, проще обвинить её — предательницу, жестокую сумасшедшую садистку. Ненавидеть кого-то, кого ты знаешь хорошо и более-менее долго — гораздо проще, чем незнакомого человека или себя.

Я наконец то вышел из комнаты и прошёлся по нашей казарме, которую и казармой то назвать сложно. Вот на кораблях были настоящие казармы — совместные кровати, небольшие перегородки. А тут — гостиница какая то, чего уж там, грех нам жаловаться.

Прогулялся мимо кухни и нашей бани, вспомнил и улыбнулся как мы провели первые полгода тут. Развернулся и направился к выходу, смотря на закрытые двери комнат моих девушек. Почти все они уехали к своим родственникам, даже Баста подалась куда то на границу степей. В городе осталась только Криста, домой она не хотела. Её отец с сестрой на Севере с моей матерью, так что мы собиралась отправиться на лето туда вместе.

Вышел на улицу, вокруг всё было чисто — перед тем как отправиться на практику мы приводили двор в порядок. Обошёл рядом манекены для тренировки — Герди всё заменила, новенькие, готовы к нашим ударам.

Заглянул на склад и в кузницу — тихо, и кажется давно уже никто не пользовался инструментами. Всё правильно — у каждого курса свой кузнец, и делать ей тут нечего, когда мы на полгода ушли в поход. Единственное что хотелось у неё узнать — как там мой револьвер, получилось ли осуществить задуманное?

Побрёл по дорожке к знакомому зданию — домику наставницы. Дверь была открыта, и я оказался на знакомой веранде. Увидел цветы и ком встал в груди, на ней было место, прямо там, где взошли три новые красные розы. Я подошёл, пальцем продавил землю. Снизу, под клумбой, висел небольшой мешочек с семенами, осторожно взял оттуда одно и бросил в лунку. Медленно, аккуратно засыпал землёй и примял, образовав небольшой бугорок, теперь здесь будет тринадцать роз.