– Хорошо, – сказала я. – Потому что у именинницы есть желание.

Сглотнув, я протянула руки к Санджиту:

– Я хочу танцевать.

За столом вновь воцарилась тишина.

– Тар, – произнес Санджит медленно, поднявшись из-за стола. Выглядел он так, будто хотел проверить нет ли у меня лихорадки. – Ты же не танцуешь.

– Именно. – Я положила его руки себе на бедра и лукаво улыбнулась. – Так что после этого Подземный мир покажется мне легче легкого.

Я потянула его к поляне, и все остальные гости вышли из-за столов следом. Тео и Адуке начали играть веселую заразительную мелодию.

Мне все еще плохо давался иджо агбайе. Уже через несколько мгновений я сбилась с ритма, столкнувшись с Санджитом и ударившись большим пальцем ноги. Но мы смеялись так громко, что мне было все равно. Дар музыкальных иллюзий Тео наполнил воздух янтарными самоцветами и золотыми бабочками, чьи крылья двигались в такт музыке. Майазатель кружилась с Умансой и Камероном, а Минь Цзя вытянула на танец пошатывающегося Урию. Кира кружилась с Ву Ином, хихикая, когда он поднимал ее над землей порывами ветра. Даже Е Юн присоединилась к веселью, держа на бедре смеющуюся Ай Ри. Неподалеку от всех остальных я заметила Дайо и Ай Лин, которые покачивались в такт своей собственной мелодии. Ее черные волосы выпали из украшенного заколкой пучка, мягкими прядями обрамляя лицо. Когда одна песня сменилась другой, Ай Лин встала на цыпочки и поцеловала Дайо в губы. Я ахнула, едва подавив усмешку. Интересно, заметил ли это еще кто-нибудь?

Радость и удивление проступили на лице Дайо… но тут же сменились сожалением.

– Ай Лин, – услышала я, когда мы с Санджитом танцевали поблизости, – я знаю, что ты чувствуешь ко мне. И это взаимно. Но…

– У меня уже был секс, – сказала Ай Лин буднично. – И знаешь, что он сказал, когда мы закончили? «Злоязыкая ведьма». – Она резко выдохнула. – Но… ты никогда меня так не называл. Тебе даже в голову это не приходило. Дайо, ты всегда любишь человека так упрямо, что тебя нельзя не любить в ответ. Так что не смей говорить, что ты не сможешь сделать меня счастливой.

Она обвила его шею руками. Дайо тяжело сглотнул, глядя на нее: в глазах у него стояли слезы.

А потом он поцеловал ее, недоверчиво рассмеявшись ей в губы.

– Ты всегда будешь для меня желанным, Экундайо из Олуона, – пробормотала Ай Лин, проведя кончиками пальцев по ожогу на его лице. – И я никогда не стану просить у тебя большего, чем ты готов мне дать.

Еще одна песня закончилась. Минь Цзя хлопнула в ладоши, подзывая сонгландских слуг, которые ждали ее сигнала неподалеку.