Позже мы узнали, что взрыв тот не самый из самых — он охватил круг всего в полмили диаметром и выбросил сравнительно мало ядовитых лучей, всегда сопровождающих подобные взрывы; к тому же произошел он сравнительно далеко, чтобы причинить кому-нибудь серьезные увечья.

Версгорцы оказались в затруднительном положении, не зная, чьих рук это дело, они побоялись употребить против нас то же оружие и временно отступили, дабы заняться розыском нового неведомого врага. Стальные громады попятились. В небо взмыли корабли и умчались в разных направлениях с целью обнаружения орудия, из которого был произведен чудовищный выстрел. Как это делается, я и по сей день не разумею — есть, говорят, приспособление (воистину черная магия!), обнаруживающее на расстоянии большие массы металла.

Однако ничего найдено не было, а пока версгорцы вели усиленные поиски, мы усердно молились за стенами нашей крепости.

— Не хочу быть неблагодарным, — сокрушенно вздохнул сэр Роже, — но думаю, Бог помог нам руками Оливера. Мы должны разыскать его отряд, пока это не сделали синекожие. Отец Симон, вы должны знать, кто в вашем приходе первый браконьер?

— Сын мой! — возмущенно воскликнул обиженный капеллан.

— Ну что вы, что вы, — улыбнулся барон, — я вовсе не требую от вас нарушить тайну исповеди. Просто мне надо несколько э… опытных следопытов, которые смогли бы незамеченными проскользнуть в лес и найти сэра Оливера. Пусть он приостановит огонь до особого распоряжения.

— Хорошо, милорд, ваш приказ будет исполнен.

Отведя меня в сторону, отец Симон поручил мне заботу о духовном утешении своих прихожан, покуда он будет в отлучке с небольшим отрядом, но, лишь они ушли, милорд обременил меня делами иными — сопровождать его к версгорцам под белым флагом. Мы надеялись, что у врага достанет разума понять нехитрый смысл белого лоскута, пусть даже они здесь не прибегают к такого рода символике. И мы не ошиблись: сам Хуруга выехал нам навстречу в открытой машине, его синие руки и туго обтянутые синей кожей челюсти дрожали мелкой дрожью.

— Предлагаю вам сдаться, — предложил барон. — Не вынуждайте меня уничтожать ваших несчастных солдат. Обещаю, что лично с вами будут обращаться вежливо и вы сможете отписать родственникам, чтобы они прислали выкуп.

— Что?! Сдаться варвару? — вскипел версгорец. — И только из-за дурацких ловушек?! Ни за что! — Он вдруг замолк. — Вы мне надоели, убирайтесь отсюда, убирайтесь на любом корабле.

— Милорд, — прошептал я, — неужели мы спасены?

— Вряд ли, вряд ли, брат Парвус. Вы забыли, что мы не знаем обратной дороги. Просить помощи их навигаторов — значит обнародовать свою слабость, а тогда они раздавят нас, не позволят уйти… Да и скажите, брат Парвус, вы сможете спать спокойно, оставив это дьявольское гнездо? Даже если мы доберемся до дома? В любой миг на бедную Землю могут свалиться их чертовы корабли! Нет, коли охотишься на медведя, не спеши расседлывать лошадь…