— Если Монтбелл отправится в Версгориксан, это — безнадежно.

— Но вы ведь не можете принять условия этого Иуды?

— Неужели вы поверили, что синелицые оставят в покое Землю?!

— Но предатель поверил?!

— Он дурак! — сэр Роже ударил кулаком по подлокотнику и выпрямился. Этот взрыв был добрым признаком, я понял, что отчаяние еще не целиком завладело его душой. — А если не дурак, то предатель еще более низкий, чем мы в состоянии вообразить, и рассчитывает стать вице-королем Земли, после того как ее завоюют синелицые. Надеюсь вы-то понимаете, что полонить Землю их вынуждает не только любовь к просторной жизни? Земляне для них представляют смертельную опасность, впрочем, как и версгорцы для землян, покуда на нашей родине еще не изобретены космические корабли. А для этого понадобится несколько столетий…

— Но синелицые изрядно пострадали в этой войне, — продолжал слабо сопротивляться я, — и им тоже необходимо добрых лет сто, чтобы восстановить силы.

— А мы тем временем преспокойно отойдем в мир иной, не так ли? — Сэр Роже тяжело вздохнул. — Да, большое искушение. Но разве не гореть нам в Геенне Огненной, если мы обрекаем на страдания еще не родившихся детей?

— Может, это лучшее, что мы можем сделать. Что вне наших сил — в руках Господа.

— Нет, нет и нет! Лучше умереть, как подобает воину… Но Катрин!..

— А вдруг еще не поздно наставить на путь истинный сэра Оливера — пока жив человек и душа его не погибла безвозвратно! Попытайтесь воззвать к его чести, откройте ему глаза на обещания версгорцев, предложите прощение…

— И жену, — усмехнувшись, горько добавил сэр Роже. — Я не верю ему. Но разговор возможен… Я попробую смирить себя. Вы поможете мне, брат Парвус? Вы укрепите мои силы? Остерегите меня от проклятий при виде ненавистного лица!

Глава XXII

Глава XXII

Вечером следующего дня мы покинули Новый Альбион. Сэр Роже и я, один, без оружия — если не считать меча и кинжала барона, у меня были только четки, — пустились в путь. В камзоле йомена, со сверкающими острыми шпорами на сапогах, барон сидел в штурманском кресле, точно в седле, ледяным взглядом уставившись в безбрежное черное пространство. Покидая лагерь, он обосновал воинам эту отлучку как кратковременный полет для осмотра добычи, захваченной сэром Оливером. Солдаты, почувствовав ложь, неодобрительно загудели; Рыжий Джон сломал две дубинки, пока наводил порядок. Так что, когда мы погружались в шлюпку, все уже было тихо и спокойно, даже природа безмолвствовала — безветренный вечер, наши выгоревшие изорванные знамена безжизненно повисли на древках.