Аргилай отразил очередной удар и попытался совершить контратаку. Женщина играючи отразила клинок древком копья и тут же сделала стремительный выпад. Но стальной наконечник лишь оцарапал грудь рыцаря, разодрав грязную рубаху и кожу на ребрах. Лаи зашипел от боли и отпрыгнул в сторону, спасаясь от следующей атаки.

Тим-ро-Бай поморщился и, от волнения, закусил указательный палец. Смертельный поединок будоражил кровь не хуже, чем вид горящего города.

Аргилай запыхался. Двигаться становилось все сложнее. Руки налились свинцовой усталостью, меч тяжелел с каждым шагом. Рыцарь подволакивал правую ногу. Точный пинок арт-три, направленный в колено, сделал сустав почти неподвижным.

Маги смеялись, хлопали в ладоши и улюлюкали, словно обычные люди на рыцарском турнире. Каждое удачное попадание копья вызывало у них восторг. Лишь Жак, стоя в углу, нервно грыз ногти, с молчаливым волнением, наблюдая за поединком.

Аргилай осознал – если он не попытается срочно что-то предпринять, то очень скоро умрет. Рыцарь парировал очередной удар, крутанулся на пятках и рубанул мечом воздух. Трица ушла с линии атаки и больно пнула героя Драгана ногой в живот. Лаи отлетел к стене и прижался к ней спиной.

– Болван! – выругалась арт-три, переводя дыхание и вытирая древко копья от крови. Чтобы не скользили руки. – Я что, зря тебя учила?

«Как же у меня все болит» – с истиной жалостью к себе, подумал рыцарь, отталкиваясь от стены. И ответом на эти мысли в голове всплыл давнишний разговор с Трицей. Зловонная темница в усадьбе лорда Джордана, разбитая голова, арт-три прикованная к стене. Тогда он тоже был весь в крови и чувствовал себя не лучше, чем сейчас.

– Хватит ныть, – рявкнула тогда на него Трицитиана. – А то уже ничто и никогда болеть не будет! Соберись! Я что, зря тебя учила?

– Учила? Да, ты била меня палкой.

– Болван! Я учила тебя работать головой!

«Болван» – усмехнулся Лаи воспоминаниям, заставляя себя поднять, ставший слишком тяжелым, меч. «Еще какой болван. Что заставило меня лезть в это осиное гнездо? Откуда я знал, что тот маг окажется отцом Три? Почему я не поработал головой?»

Но размышлять было некогда. На него вновь обрушился град уколов. Наконечник копья, блистая в сумрачном свете дня, стремительно мелькал перед его лицом. Лаи вновь отступал. Позади оказался тот самый кирпич, который совсем недавно сбил рыцаря с ног. В этот раз камень просто лежал. Но этого оказалось достаточно, чтобы оступиться и упасть. Пол оказался еще жестче, чем Аргилай помнил с недавнего падения. Он грохнулся и больно прикусил язык. Рот наполнил соленый вкус крови.