Вывод напрашивался сам собой: кажется, мы столкнулись с телекинетиком. Насколько мощным – другой вопрос. Хотя если судить по тому, что он стал бросаться в нас предметами, а не, к примеру, оторвал от пола и не звезданул друг об дружку, видимо, тварь не так уж и сильна и оперирует небольшими весами.

Пока я размышлял над природой этого существа, телекинетик дёрнулся и приоткрыл глаза. И тотчас же Батыр всадил в него пулю, причём в упор. Монстрик ещё раз подёргал лапками, словно по нему пропустили электрический ток, и окончательно затих.

– Какого хрена ты его пристрелил? – недоумённо спросил я.

– Лан, сколько тебя учить: любая непонятная хрень опасна! – процедил сквозь зубы наставник. – Поэтому убивай первым, если не хочешь, чтобы завалили тебя. Сначала стреляй, потом разбирайся.

Я вздохнул. Батыр днём и ночью вдалбливал мне в башку эти простые правила выживания. Да, каждая строка этих правил написана кровью, так что с солдатской мудростью ветеранов «Объекта-13» не поспоришь.

Однако мысль убивать всё, что живое и шевелится, из чистой осторожности, не приводила меня в дикий восторг. Наверное, в будущем это пройдёт, и я достаточно огрубею, чтобы стрелять, не рассуждая, во всё, что будет непонятным и потому опасным, но пока прошло слишком мало времени с того дня, как я тут оказался.

– Готов! – удовлетворённо отметил Батыр, потыкав телекинетика стволом. – Прихватим с собой на базу, пусть учёные с ним возятся. Глядишь, и премия за него перепадёт. А то, что дохлый, так оно и к лучшему: меньше проблем!

О том, что за интересные находки солдатам иногда платят денежные премии, я узнал в первый же день. Правда, пока материальных затруднений я не испытывал. Когда находишься на казённом коште, тратиться по большому счёту не на что.

Тут-то меня и осенило.

– Батыр, а где наши? Чего они на стрельбу не сбежались?

– Действительно, – насторожился наставник. – Надо проверить.

Я метнулся было к ближайшему окошку, но он меня остановил.

– Погодь, Лан.

Я послушно замер.

– Лучше я сам. И да, пригнись и не отсвечивай.

Батыр достал нож, проделал им небольшой разрез и стал смотреть в него.

– Что там? – не выдержал я.

Ответ последовал не сразу, наставник ещё с минуту глядел в разрез.

– Снаружи никого нет, – наконец сказал Батыр.

– Как «никого нет»?