— Ну, хорошо… — утомлённо произнёс король. И повернулся к епископу.

— Неплохо было бы привести к клятве и того, другого, — в ответ на его безмолвный вопрос, сказал де Бове.

— А по-моему, это излишне, — подал голос главный герольдмейстер. — Тогда необходимо будет привести к клятве всех, находящихся в этом зале, а у нас так мало времени…

— Тогда давайте решать… Сэр рыцарь, вы можете встать с колен! Господа, я попрошу вас всех отойти на ту половину зала…

— Ни в коем случае, ваше величество! Ни в коем случае! — шипел Дюплесси. — Чтобы какие-то варвары имели наглость навязывать нам свои претензии? Чтобы какой-то безземельный рыцаришко да с ним какой-то толстогубый крикун покушались на честь Ордена! Гнать их! Гнать их всех в три шеи! Еретики! Негодяи! Будь я проклят, если их пребывание здесь не обернётся какой-нибудь дьявольской каверзой!

— Но этим мы нарушим исконные правила турнира, — возражал ему де Трайнак. — Не забывайте, они вписаны в книгу.

— К тому же, — поддержал его виконт, — те подарки, что они преподнесли, свидетельствуют прямо: нам в дальнейшем будет выгодно поддерживать отношения с Винландом. Судя по весу хотя бы этого пряного сундука, мы уже сейчас сумеем расплатиться со многими долгами.

— И потом, — сказал епископ, — я… и Святая Церковь в моём лице… очень сочувственно относятся к тем, кто побывал на Востоке. Этот рыцарь, кто бы он ни был — истинный христианин, и должен получить возможность доказать свою правоту. К тому же, ваше величество, его случай не единственный. Мне докладывали, что не далее как месяц назад подобный случай имел место в Бретани. Некто Дюгесклен… или Дюгеклен…

— Дорогой де Бове! — прервал его речь король. — Нам не хотелось бы прерывать ваш, несомненно интересный рассказ, однако речь сейчас идёт о конкретном случае… Быть может, уважаемый герольдмейстер составит документ… где мы и не откажем в требовании, и в то же время поставим препятствие к её выполнению?

— Я с готовностью возьмусь за это дело! — согласился де Трайнак.

— Ещё бы! — ехидно ввернул Дюплесси.

— Видите ли, ваше величество, — словно не замечая этой реплики, продолжал главный герольдмейстер, — в каждом турнире должна заключаться своя интрига. Я, признаюсь откровенно, все последние дни ломал голову, какую бы интригу заложить в предстоящее действо. И вот… чем это нам не интрига?..

5

Спустя около двадцати минут, помощник герольдмейстера огласил всем присутствовавшим следующее решение:

— Мы, Волею Всевышнего, король Филипп II Август, герцог Анжуйский и Аквитанский, властитель Бретани, Нормандии, Бургундии… (здесь идёт весьма обширное перечисление, которое мы не станем приводить), а также члены совета по организации турнира, что произойдёт в июле этого года в городе Лимож: Адемар V, виконт Лиможский… (здесь опять идёт перечисление), по существу претензий рыцаря, вписанного в книгу турнира как сэр Артур, к рыцарю, вписанному в книгу турнира как сэр Бертран де Борн, решили следующее: