ПопаданцыВолчий Рубинстр 206
Светлый фон
Он не знал, зачем спустился на нижний этаж здания. У Гаэтано и в мыслях не было идти к подсудимой. Однако ноги сами несли по крутой лестнице, по освещенному коптящими факелами коридору. Дежурный стражник как раз делал очередной обход, поэтому встретился с инквизитором уже на полпути к камере, в которой ожидала завтрашних пыток ведьма Бьянка.

Охранник почтительно склонил голову:

Охранник почтительно склонил голову:

— Что вам угодно, святой отец?

— Что вам угодно, святой отец?

— Ключ, — Гаэтано протянул руку.

— Ключ, — Гаэтано протянул руку.

— Э-э-э… От какой камеры? — после паузы спросил стражник. Он участливо смотрел на священника, которому явно было нехорошо. Тёмные тени легли под глазами после бессонной ночи, в зрачках плясали странные огоньки.

— Э-э-э… От какой камеры? — после паузы спросил стражник. Он участливо смотрел на священника, которому явно было нехорошо. Тёмные тени легли под глазами после бессонной ночи, в зрачках плясали странные огоньки.

— Ведьма, что сегодня была в суде.

— Ведьма, что сегодня была в суде.

— Красивая девочка, святой отец, — понимающе ухмыльнулся стражник.

— Красивая девочка, святой отец, — понимающе ухмыльнулся стражник.

Инквизитор, не утруждая себя словами, наотмашь ударил солдата по лицу, разбив тому губы в кровь.

Инквизитор, не утруждая себя словами, наотмашь ударил солдата по лицу, разбив тому губы в кровь.

 

Лязг ключа в замке раздался уже в преддверии рассвета. У Бьянки в голове заметались панические мысли: «Почему так рано? Ведь допрос назначили на полдень! Не хочу! Нет!» А потом ей показалось, что вновь вернулся давешний сон — на пороге стояла фигура мужчины в тёмном одеянии инквизитора. Ведьма тихо, почти беззвучно вскрикнула, сама не поняв, чего больше было в этом возгласе — удивления, страха или… радости.

Лязг ключа в замке раздался уже в преддверии рассвета. У Бьянки в голове заметались панические мысли: «Почему так рано? Ведь допрос назначили на полдень! Не хочу! Нет!» А потом ей показалось, что вновь вернулся давешний сон — на пороге стояла фигура мужчины в тёмном одеянии инквизитора. Ведьма тихо, почти беззвучно вскрикнула, сама не поняв, чего больше было в этом возгласе — удивления, страха или… радости.

 

Лунный свет на долю мига ослепил Гаэтано после тьмы коридора. Девичий силуэт замер в узком луче, падающем из окошка. Лицо ведьмы скрывается в тени. Инквизитор нерешительно шагнул в камеру, медленно прикрыл за собой тяжёлую дверь. «Зачем я сюда пришёл?» — мелькнула запоздалая мысль.