— Близок конец света, о братья, — завлекающе шептали они.

Таргрек и Тэрри провели ночь в казарме одного из пехотных отрядов. Ближе к полудню им была назначена встреча с Даурадесом.

Тэрри, который бывал в Урсе неоднократно, с раннего утра потащил своего нового друга на прогулку. Начали они со знаменитой урсской гавани, в которой ныне стоял, укрываясь от шторма, тагркосский флот. Там залечивали раны корабли, среди которых выделялся славный "Баф". На крестовинах рей сновало множество матросов, занятых переброской такелажа и ремонтом пробитых в сражении, обожженных парусов. Крепкий ветер с грохотом трепал голубые флаги с изображеньем нереиды-меченосицы.

Они осмотрели седые горбатые улочки, что состояли из теснившихся впритык старинных домов с контрфорсами и горельефами рыцарей, прекрасных дам и драконов; помнивших времена, когда Урс ещё не был отвоеван у бэрландцев, времена более древние — когда город находился в правлении у келлангийцев, а также самые древние времена — когда город основали пришедшие с моря племена тагров…

На главной из площадей Урса закончился военный парад. Чёрные, отсверкивающие мрачным огнем в пластинах лат, по главной улице следовали драгуны. Они шли плотным строем, открыв забрала шлемов, упирая в стремена древки пик.

За ними проходили, сверкая начищенными до блеска панцырями, кирасиры Еминежа под знаменем креста из четырех ромбов. Их гривастые каски были обмотаны чёрной материей. Далее степенно вышагивали мощные чаттарские кони и одетые в синее седоки были вооружены саблями, карабинами и традиционными связками дротиков в узорчатых колчанах. Шли артиллеристы Теверса со своими и трофейными орудиями, пехотинцы Крабата, снова тагрские кавалеристы, на этот раз в коричневом, под командованием Вьерда, и — новые знамёна, пехотинцы, артиллеристы, всадники…

Горожане, ошеломленные подобным зрелищем не менее, чем вчерашними событиями на улицах города, молчаливо теснились к стенам домов, взволнованно перешёптывались, покуривали трубки. Площадка вблизи бывшего дворца генерала Ноубла, ныне — штаба сухопутной армии Тагр-Косса, пестрела народом. На фонарном столбе, очень высоко — чтобы труднее было достать, прикрученная веревкой, белела бумага. Люди вставали на цыпочки, пытаясь разобрать текст. Лист появился этой ночью и по краям был изукрашен знаками Новой Церкви.

"Братья и Сёстры! — гласило написанное, -

Узурпатор и палач Даурадес отныне царит и в нашем городе! Нечестивое войско, состоящее из инородцев и предателей, овладело свободным Урсом. Отныне Вы можете навсегда распрощаться со Своими, веками заслуженными Свободами и Вольностями. Пришельцы осквернят Наши Храмы и лишат последнего куска Хлеба изголодавшиеся семьи. Резня Маллен-Гроска повторится, едва кто-нибудь из нас только посмеет бросить Смелое Слово в лицо истязателям наших Свобод! Держите язык за зубами, о Братья и Сестры! И готовьтесь к решающему дню, ибо силы предателей слабеют, и с каждым днем крепнет сопротивление предательскому режиму. С Вами Новая Церковь, о Братья и Сёстры, и Святой Отец Салаим и Великий Олим, Борец за Правду генерал Ремас да пребудут с Вами и да благословят Вас!!!"