На лице Светки было красивое отвращение. Её изящная поза не изменилась за последние несколько минут. Она начала похрапывать. Похоже, алкоголь и обморок нашли друг друга.

На лице Пахана был пьяная злобная удаль и слабая искра осознания, что что-то не то.

Красно-жёлтый росчерк ударил навстречу сиреневой стреле, останавливая ту, закручивая в воздухе, превращаясь в деревянную стрелу.

Одновременно раздался звук огнестрельного выстрела.

Одновременно невидимый молоточек ударил в сиреневую стрелу, выбивая искры, разламывая её пополам, отбрасывая обломки в сторону.

Всё это произошло почти перед самым лицом Пахана. Он машинально зажмурил глаза, запнулся и с куском изолона грохнулся на песок перед собой.

Рафик тоже запнулся и с луком в руках упал назад.

Лёшик с раскрытым ртом и луком в руках шагнул вперёд.

— Хороший выстрел, — сказал угрюмый мужской голос.

Лёшик повернулся и увидел, как из кустов вышел высокий худощавый мужчина в потёртой форменной одежде цвета зелёного хаки. Его лицо было загорелым и бородатым. Глаза были жёсткими и угрюмыми. В руках у него была винтовка. Или ружье. Фиг знает, Лёшик в огнестрелах не разбирался. Но самое интересное — Лёшик успел уловить, что своей стрелой он успел попасть в стрелу Рафика, а потом их снесло в сторону выстрелом из огнестрела, как раз со стороны этого мужчины с ружьем. А значит, стрелок это очень крутой! Судя по форме — лесник, наверное.

Рафик приподнялся на локтях и с удивлением посмотрел на происходящее. Мужчина стоял около тех самых кустов, куда улетел лук Алисы, и где лазил Рафик. Он вспомнил это странное ощущение — как будто рядом кто-то есть, как будто кто-то смотрит ему в спину. Но он же тогда оглядывался и никого не разглядел!

— Вы там всё время прятались? — спросил он первое, что пришло в голову.

Мужчина криво улыбнулся и не ответил. Судя по всему, врать он не собирался, а отчитываться перед детьми смысла не видел. Значит — и правда прятался. Но как тогда Рафик его не заметил?

А потом голову из песка поднял Пахан. Приподнялся на руках, сплюнул песок изо рта, сел поудобнее, отряхнул лицо. Выматерился, огляделся. Увидел мужчину в полувоенной форме, обрадовался:

— Эй ты, с ружьём! Арестуй этих! Они хотели меня убить! Вызывай полицию!

По каменному лицу мужчины пробежала гримаса гнева. Впрочем, она была столь быстрой и слабой, что поймали её лишь Алиса и Рафик.

— Нет, — ответил лесник. — Не хотели.

И опять лишь Рафик с Алисой уловили в его голосе почти незаметные злорадство и удовольствие от ситуации.

— Они в меня стреляли! Они вон парня моего поломали! Тяжкие телесные!