Пахан поднялся и отряхивался, одновременно пытаясь доказать леснику, что банда Алисы чрезвычайно опасна. Впрочем, Алиса тоже была здесь и молчать не собиралась:

— Это вы на нас напали! Вы Петю избили! И пытались отнять мой телефон! И лук!

— И мои стрелы спёрли! — подключился Лёшик.

Алиса с Рафиком подошли к Пете и встали около него. А Пахан начал снова злиться:

— Короче, я — сын мэра! А эти лохи позорные по-любому будут крайние.

— Да ну, самого мэра?

Лицо мужчины осталось каменным, но в голосе проявилась издёвка, которую уловил даже Пахан. Немного помолчав, он пристально разглядывал лицо лесника. Потом решил попытаться ещё раз.

— Я когда отцу расскажу…

— Крысить и стучать собираешься, да? — жёстко улыбнулся мужчина.

Пахан поперхнулся. Такого поворота он не ожидал. Херня какая-то!

— Слушай, мужик, если не хочешь, чтобы тебя уволили… — собрался с мыслями Пахан.

— Ты видел стрелу? Я её в воздухе сбил, — перебил его опять мужчина.

Пахан поморщился. Намекает, что жизнь спас?

— Спасибо, конечно, но у меня всё было под контролем. Если ты подтвердишь, что они меня хотели убить — то получишь медаль и премию, что типа меня спас. А если против меня пойдёшь…

— Я стрелу в воздухе сбил, — с кривой улыбкой повторил мужчина. — И ты мне угрожаешь?

И передёрнул затвор винтовки. Тот громко лязгнул, заставив Пахана вздрогнуть.

— Так чего, у тебя всё под контролем было? То есть, никто не пытался тебя убить? Или-таки я тебя спас, и ты мне должен? Ты просто поясни сразу, чтобы я не путался, когда меня твой папаша спросит.

Друзья молча слушали этот спор. Лёшик несколько раз открывал рот, но Рафик положил ему руку на плечо и каждый раз сжимал, останавливая попытку влезть. Алиса молчала, напряжённо слушая этот диалог. Она близко к сердцу приняла помощь лесника, но не была уверена на чьей стороне он будет в итоге. Ведь лесник — это тоже подчинённый мэра.

Петя тоже молчал — ему говорить и не хотелось, он лишь кряхтел от боли. Ну а Рафик молчал, потому что он знал, что молчание — золото, и он сегодня уже наговорил достаточно. Он понимал, что влезать с новыми угрозами ему не стоит. Именно с ним Пахан только что бодался. Поэтому лучшее, что Рафик мог сейчас сделать — опустить взгляд, не задираться и больше не отсвечивать.

Что он и делал.