— Не собираемся, — Петя опустил глаза. — Нет нам смысла с ними воевать.

— И ты хочешь спустить им это с рук? — всплеснула мать руками. — Чтобы они и дальше обижали и вас, и остальных?

— Который на меня напал, уже получил своё. Его настиг бумеранг кармы, — криво улыбнулся Петя. — А с остальными… Пока не будем трогать, если они нас не будут трогать.

— Хотите удержать их на расстоянии под угрозой уголовки? — уточнил внимательно слушающий врач.

— Ага, — закивал Петя. — Хотя бы попробуем.

Если у них там сын мэра… — покачала головой мать. — То так просто он не испугается.

— У тебя есть другие идеи? — хмуро спросил Петя. — Если есть, то пригодятся, правда.

— Нету, — вздохнула мать. — Но это не значит, что я согласна с вашим подходом.

Петя вздохнул. Такие вот они, родители. И последнее слово тоже за ними остаётся.

Рафик и должок

Рафик и должок

Тишину опять разорвал телефонный звонок. Миртрума и офицер одновременно полезли за мобильниками.

Звонила Кристина и Миртрума напряжённо улыбнулась:

— Так, всем стоять! Сейчас всё решится… — и приняла звонок.

Рафик застыл в дверях, с надеждой глядя на Миртруму. Офицер встал рядом с ним, сложив руки на груди.

— Да, Кристиночка? — сказала Миртрума, а потом её лицо чуть посуровело.

— Митрума? — сказал мэр с ироничным интересом. — Потомственная ведьма-гадалка?

— Василий Николаевич? — ответила Миртрума нейтрально. — Потомственный политик и градоначальник?

Василий захохотал:

— А ты, бабка, рубишь фишку. Всё верно, батя мой в горкоме партии был… Большой был человек.