— И потому ты направляешь на нее пушку? — сказал Боб, приподнимая бровь, глядя на ладонь генерала, которая все еще казалась Марси пустой. — Ты понимаешь, как работает защита?

— Мы это обеспечили, — сэр Мирон раскрыл свои ладони, показывая Бобу сияющие кольца. Когда он пошевелил ими, Марси поняла, что парковка вокруг нее и Боба была покрыта заклинанием. Она не знала, когда он успел это создать. Она не знала, для чего было заклинание, ведь не понимала символы-лабиринты Мирона. Чем бы они ни были, отметки мелом на асфальте гудели, как высоковольтные провода. Даже Боб был впечатлен, хоть и немного.

— Мастер Лабиринтов не зря носит свое имя, — он взглянул на Марси. — Похоже, ты нынче привлекаешь лучших, и я не только об Амелии, — он рассмеялся. — Джулиусу придется постараться.

Марси не успела придумать ответ, Боб повернулся к генералу.

— Не хватает только твоего очаровательного питомца. Где мелкий негодяй? Висит над моей головой как наковальня?

— Я не такой бестактный, — сказал Ворон, появляясь из ниоткуда и опускаясь на плечо Эмили. — Если бы я хотел убить тебя, Брогомир, я дал бы намек Алгонквин, и она завершила бы дело. Но у нас нет проблем с тобой или твоим безумием. Мы тут ради девочки, и если ты мило… — голос духа дрогнул, его черные глаза расширились. — Что это? — прошептал он.

— О чем ты? — Марси посмотрела на дракона. — Это просто Боб.

— Просто Боб? — пророк выглядел оскорбленно, но Ворон качал головой.

— Не дракон?

— Теперь я «дракон»?! — завопил Боб, хмуро глядя на птицу. — Ты топчешь мое эго, а это опасно делать. Ты не хочешь, чтобы я стал выпендриваться.

— Ты помолчишь? — рявкнул Ворон, его гневный голос вдруг стал слишком большим для его пернатого тела. — Я не говорю о тебе. Я говорю об этом.

Он кивнул, указывая клювом не на дракона, а на голубя за ним, все еще сидящего на капоте машины Боба. Голубь тихо смотрела на происходящее.

— Что это? — спросил Ворон тем же гулким голосом, который стал опасным, его глазки-бусинки посмотрели на Боба. — Что ты наделал, дракон?

— Зачем ты спрашиваешь? — Боб быстро перестал играть обиду. — Ты уже знаешь, — он протянул руку, и голубка подлетела и села на его пальцы, воркуя. Ворон дрогнул, гневно каркая.

— С ума сошел? — завопил дух. — Даже я не играю в игры с таким риском! Что заставило тебя привести это… эту штуку сюда?

— Осторожно, — предупредил Боб, подняв голубку, нежно поцеловав ее пернатую голову. — Ты обидишь ее. И я пригласил ее сюда по той же причине, по какой делаю все, — его тонкие губы изогнулись в жуткой улыбке, не похожей на Боба. — Чтобы помочь мне победить.