Более всего озадачивает человеческое понятие «наказания». Завершая анализ движения селекционеров и его подражателей во всем мире, я была вынуждена искать в человеческой истории другие проявления той идеи, что человечество может совершенствоваться (или должно поддерживать социокультурную стабильность) посредством наказания или устранения заблудших и/или отклоняющихся от нормы лиц или групп населения. Понятие «несхожести», то есть социальной изоляции (изолированности от правил обычного людского социального взаимодействия), применительно к злодеям или лицам с отклонениями оправдывает самые необычные поступки в истории человечества; «несхожесть» позволяет применять наказания, возможно, более жесткие, чем заслуживают проступки злоумышленников. Так, например, вор, укравший буханку хлеба, может лишиться руки; специфические примеры есть во «Всемирном статистическом ежегоднике», ссылающемся на «Судебные разбирательства 1000–2025», и др. (общедоступная база информации Библиотеки Конгресса, учетная запись 3478-A Южного кампуса Калифорнийского университета, Западное побережье, раздел «Кибернетика»).

Единственная очевидная прагматичная мотивация для такого рода крайностей – сдерживание. Но я не нахожу доказательств того, что сдерживание в таких случаях хоть когда-то имело успех. Мне довольно трудно осмыслить другую основную категорию социальной / философской мотивации: возмездие или месть. (Я могу в какой-то мере объединить эти категории с помощью тех оправдывающих обстоятельств (не вполне обычных для данного мыслителя), что, поскольку личное стремление к мести, прагматически принятое как естественная сила, в обществе должно быть смягчено и направлено, элементы этого общества назначаются для осуществления возмездия от имени обиженных.)

Исторические данные свидетельствуют об обратном; даже сегодня значительные слои населения (корректированные и нет) уверены, что гнев, негодование и стремление к «справедливости», то есть наказание преступной девиантной заблуждающейся личности, полезно и для общества, и для заблудшего человека. Анализ этих убеждений ведет к такой реконструкции мыслительных процессов:

Оскорбленный индивид (в негодовании): Как вы могли поступить так со мной/с обществом? Вы причинили вред. Разве вы не знаете этого? Зная это, почему вы так поступили?

Заблуждающийся индивид (как это представляется оскорбленному индивиду): Да, я сознаю, что причинил вред, но я сделал это сознательно, потому что имел такую возможность или свободное и немотивированное желание причинить вам вред. Я не жалею об этом и никогда не пожалею, а при возможности сделаю это снова.