– Понятно, – выдала Ар’алани, обратив внимание, как колюче прозвучал собственный голос. В который раз в дела флота примешивалась политика. На этот раз в угоду политике Доминацию подвергали риску катастрофы, лишь бы некоторые не потеряли лицо. – Кто-нибудь высказал намерение сделать вклад в общее дело?

– Да, но это было неофициально, – сообщил Ба’киф. – Патриарх Турфиан сказал Совету, что семья Митт может отвлечь на эти цели почти половину своего флота и они уже направили корабли в ключевые системы, где те во всеоружии встретят любую напасть. Патриэль Лакуни предложила задействовать фрегат «Солнцеворот», который сейчас находится у Селвиса, хотя и предупредила, что Силам обороны самим придется обеспечить его экипажем.

– Негусто.

– Да уж, – согласился генерал. – Но лучше, чем ничего. – Поднявшись на ноги, он ткнул рукой в сторону выхода. – Пойдемте, провожу вас до основного уровня. Я прослежу, чтобы до отлета вам выдали полную запись вашей беседы с Йивом и анализ его поведенческих реакций. Вдруг по пути на Спозию вам захочется пересмотреть их.

– Спасибо, сэр.

Пройдя мимо дежурного офицера, они приблизились к бронированной двери. Коротко кивнув дежурившим за ней вооруженным охранникам, Ба’киф махнул рукой в знак разрешения следовать за ним и двинулся к лифту в конце коридора.

– Не поддавайтесь унынию, адмирал, – посоветовал он, сняв блокировку с контрольной панели. По нажатию кнопки лифт помчал их к упоительной атмосфере верхних уровней. – Нынешняя грызня между семьями – еще не залог будущей катастрофы. Чуть нависнет какой-то кризис, они объединятся в нерушимый монолит. В истории Доминации это происходило уже много раз, и столько же раз еще произойдет.

– Я это знаю, сэр, – сказала Ар’алани.

Но не наверняка. Уверенности в единодушии семей не было.

И она не сомневалась, что и сам Ба’киф тоже не знает этого наверняка.

* * *

За все время путешествия с Джикстасом на «Точильном колесе» это был самый долгий разговор гриска со своими сородичами по коммуникатору дальнего радиуса действия. Его собеседник говорил почти не умолкая, тогда как Джикстас лишь изредка вставлял реплику-другую, и это тоже было необычно.

После окончания разговора он больше минуты сидел неподвижно, то ли задумавшись, то ли опечалившись – за маской не было видно. Накирр поглядывал на него, гадая, о чем шла речь и хорошие или плохие новости сообщил ему сородич.

Если на то пошло, Накирр особо не сомневался, что все-таки плохие. От хороших новостей Джикстас никогда так не замыкался в себе, он всегда ими делился или хотя бы хвастался, что узнал что-то положительное. Нет, в этот раз что-то явно пошло не так.