– Определюсь. – Зисталму помедлил, и на его губах снова непроизвольно мелькнула улыбка. – Но в следующий раз давайте встретимся у вас в резиденции. Как вы и сказали, там и кресла комфортнее, и еда вкуснее.

– Это точно, – согласился Турфиан. – Мне пора идти. Всего доброго, первый синдик. И еще раз – спасибо.

Шагая к ближайшему выходу, Турфиан все больше укреплялся в мысли, что Зисталму обязательно обдумает его предложение со всех сторон. Плохо, конечно, что теперь оно будет рассматриваться с точки зрения не того, как им остановить съехавший с катушек лазер в лице Трауна, а того, какие выгоды их сотрудничество принесет семье Иризи.

Но это можно пережить. Соотношение сил в Синдикуре всегда было неустойчивым, а заговор Джикстаса только выпятил этот вопиющий перекос. Любые уступки со стороны Турфиана, которые помогут сгладить разногласия между семьями Митт и Иризи, будут шагом в правильном направлении.

А если Зисталму воспользуется этим шансом, чтобы уничтожить Турфиана и семью Митт?

Определенный риск нельзя было сбрасывать со счетов. Семья вверила себя заботам Турфиана, и его долгом было оберегать их. Но риск был оправдан… поскольку при том, что Турфиан принадлежал к семье Митт, в первую очередь он принадлежал к народу чиссов.

И его не оставляла надежда, что Зисталму, несмотря на свои изначальные цели и планы, придет к той же мысли.

* * *

– Спасибо, что уделили нам этот вечер, средний капитан Самакро, – произнес верховный адмирал Джа’фоск, пока комиссия рассаживалась по местам.

– Для меня честь оказаться здесь, – ответил Самакро. При виде пятерых командующих, на орденских цепях которых не было ни единого свободного места, он ощутил укол беспокойства. Его еще никогда не вызывали на заседание в присутствии более трех вышестоящих офицеров. Теперь же напротив него сидели ни много ни мало пятеро адмиралов, и возглавлял их верховный адмирал Джа’фоск.

Неизвестно, чего они хотели, но настроены были, как видно, серьезно.

Это тревожило. Траун уже попал под этот каток и получил от Синдикуры столь жестокую в своей обыденности головомойку, о какой Самакро и помыслить не мог. На Трауна повесили ряд преступлений и проступков, но самым тяжелым было обвинение в том, что он нарушил запрет на упредительный удар, когда самовольно отправился на Восход и вовлек грисков в бой.

Проблема заключалась в том, что Самакро, Зиинда, Ар’алани и все остальные командиры в группировке Трауна допустили ровно те же самые нарушения. Неужели теперь все они в карательном списке Синдикуры?

Что ж, по крайней мере, корабли, которые Ба’киф смог прислать им на помощь после того, как патриарх Турфиан выступил на Круге единения с наспех составленной речью, имели хотя бы видимость официальной санкции на проведение операции. Командиров тех кораблей обвинения не коснутся.