– Нас одурачили, – сказал он.
– Нас одурачили, – сказал он.
От его бархатистого голоса у девушек перехватывало дыхание, но Сэм так сильно привыкла к нему, что уже не замечала этой уникальности. А от взгляда карих глаз…
От его бархатистого голоса у девушек перехватывало дыхание, но Сэм так сильно привыкла к нему, что уже не замечала этой уникальности. А от взгляда карих глаз…
Сэм приподнялась на локтях. Терранс смотрел на линию горизонта.
Сэм приподнялась на локтях. Терранс смотрел на линию горизонта.
– Ты спокоен.
– Ты спокоен.
– Почему я должен быть неспокоен?
– Почему я должен быть неспокоен?
– Может, потому что нас заставляют жениться?
– Может, потому что нас заставляют жениться?
Терри бросил на Сэм насмешливый взгляд и лег рядом. Теперь она смотрела на него сверху вниз. Молодой человек подложил ладонь под голову и устремил взгляд в небо, на котором уже мерцали первые звезды.
Терри бросил на Сэм насмешливый взгляд и лег рядом. Теперь она смотрела на него сверху вниз. Молодой человек подложил ладонь под голову и устремил взгляд в небо, на котором уже мерцали первые звезды.
– Знаешь, я много думал об этом.
– Знаешь, я много думал об этом.
– И?
– И?
Терранс вздохнул, словно боялся реакции Сэм.
Терранс вздохнул, словно боялся реакции Сэм.