Спенс последовал за ним, и тут же вляпался в свежую коровью лепешку на тротуаре. Кто-то неподалеку хихикнул. Спенс нахмурился, но оборачиваться не стал. Аджани уже скрылся внутри.

Спенс разозлился, как мог, почистил ботинок и направился следом. До подъезда оставался один шаг, когда сверху его громко окликнули. Он поднял голову и увидел темно-коричневое лицо, высунувшееся из окна наверху. Из окна ему помахали рукой.

— Намастэ, Спенсер Рестон. Добро пожаловать в Индию.

Несмотря на затрапезный внешний вид и ветхую лестницу, кишащую тараканами и мышами, в комнатах доктора Сундара Гиты было чисто. Вся квартира, казалось, светилась от улыбки маленького человечка, жившего здесь вместе с женой и пятью дочерьми. Спенс настроился на грязную, закопченную лачугу, и потому был слегка разочарован, обнаружив просторные и светлые комнаты; он почему-то совсем приуныл, заметив большой букет свежесрезанных цветов в изящной расписной вазе в гостиной.

— Садитесь, дорогие гости. Сейчас будем пить чай, — ворковал круглолицый хозяин дома, делая приглашающие жесты обеими руками. — Проходите, доктор Спенсер, располагайтесь. — Доктор Сундар едва уловимо поклонился и объяснил вошедшим: — Мои домашние целый день ждали встречи с вами. Они никогда не видели гостей из Америки.

Послышалось сдержанное женское хихиканье, бисерная занавеска раздвинулась, и в комнату вошла вереница темноглазых красавиц; каждая несла небольшой поднос с чем-то съедобным. Они выстроились шеренгой перед гостями, и Гита представил свою семью.

— Это Индира, моя жена, — торжественным тоном провозгласил он, — и мои дочери: Судхана, Премила, Моти, Чанти и Баки. — Заслышав свое имя, каждая из женщин делала скромный поклон и выдвигалась вперед со своим подносом. Вскоре Спенс уже сидел в окружении тарелок и мисочек, наполненных кунжутными лепешками, финиковым печеньем и рисовыми шариками. Последняя тарелочка, не поместившись на столе, опасно балансировала на подлокотнике низкого бамбукового кресла Спенса, а он не мог ее поправить, поскольку держал чашку горячего чая с жасмином, перекладывая ее из руки в руку.

Закончив накрывать на стол, женщины скрылись в соседней комнате, но Спенс продолжал слышать их возбужденное перешептывание.

Доктор Сундар Гита был темнокожим, гораздо темнее, чем Аджани. Ростом он доходил Спенсу только до плеча, но обладал такими же широкими плечами, как и Рестон. Круглое лицо не покидала улыбка, оно словно светилось изнутри теплом и радостью. Муслиновый костюм цвета слоновой кости вместе с синим тюрбаном подчеркивал общую округлость фигуры.