Охранники растерялись. Они было приказали толпе разойтись, а когда это не возымело результата, разозлились. Кто-то в толпе отпустил какую-то шуточку, кто-то выкрикнул нечто язвительное — службу безопасности не любили — и охранники начали доставать электрошокеры. Пакер воспользовался замешательством, нырнул в толпу и побежал.

Охранники погнались за ним, но вскоре потеряли его в скоплении людей возле одного из радиусов. Пакер добрался до убежища и, не отдышавшись, описал сцену своего неудачного задержания серьезно слушавшему Сальникову. Капитан помолчал, а потом спокойным голосом сообщил:

— Охранники получили приказ стрелять на поражение.

— Точно? — недоверчиво спросил Пакер.

Большой русский невесело усмехнулся.

— Нас обоих признали опасными. Мы на заметке. А вы, друг мой, в следующий раз постарайтесь не быть таким наивным. С женой поговорите, когда все закончится. А пока…

— Ладно, следующего раза не будет. Я не настолько дурак, чтобы дважды попадаться на одну и ту же удочку.

— Вот и прекрасно. Скоро я сделаю из вас настоящего борца за свободу. — Астролетчик ощутимо хлопнул физика по спине. — Не помню, я говорил, что мой прадед участвовал еще в Гражданской войне? Работал в Москве под прикрытием. Вот это был настоящий борец за свободу.

— Говорили, но всего раз пятьдесят.

— А о том, как дедушка Никко спас жизнь президенту накануне первых выборов? Об этом рассказывал? — И воспользовавшись тем, что Пакер промедлил с ответом, принялся со вкусом излагать историю, которую Пакеру уже не раз доводилось слышать.

Физик привык к бесконечным рассказам Сальникова, некоторые ему даже нравились. Время на разговоры было, пока они ждали, когда освободится очередной радиус или появится какая-то новая информация. Они успели подружиться, и теперь Пакер считал себя опытным заговорщиком.

Пока Сальников развлекал его рассказом, Пакер думал об их будущем. Тесное помещение под стыковочным отсеком в зоне обслуживания гидравлики стало для низ временным убежищем; Пакер мечтал вернуться к себе в лабораторию, и впредь зарекся жаловаться на тесноту своего офиса.

— Когда мы отсюда выберемся?

— Э? Что? — Сальников сбился в своем мерном повествовании.

— Ну, когда это все закончится?

— Вы нервничаете, друг мой.

— А кто бы на моем месте не нервничал? Я устал шнырять по всей станции.

— Терпение. Вот начнется вторая смена, глядишь, узнаем что-то новенькое. Я жду сообщений от нашего человека в офисе директора.

— Мы и так много узнали. Еще одно сообщение вряд ли что-нибудь изменит.

— Не согласен. Мы уже знаем, что мятежники почему-то медлят. Они ждут. А пока пытаются делать вид, что все идет нормально. Но мы-то знаем, что все не так. Значит, наша задача донести наше знание до остальных. И мы обязательно это сделаем. Но пока время еще не пришло.