– Спокойной ночи, – сказал я ей.

Она устроилась поудобнее и закрыла глаза. Я некоторое время смотрел на неё, потом почувствовал, что засыпаю.

Мне снился необычный сон. Чёрный блестящий куб лежал на моей ладони. Ничего не происходило и не менялось. Всю ночь я видел перед собой одну и ту же картину. И как-то вдруг настало утро. Проснувшись, я нашёл себя плотно прижавшимся к Анне – видимо, ночью было холодно. Её рука лежала на моей шее. Со стороны двери тянуло сыростью.

Я осторожно отодвинулся от Анны и выбрался из сарая. Над водой висела лёгкая дымка. Дом, похоже, окончательно догорел. Я пошёл по тропинке в ту сторону и увидел только угли, которые ещё тлели. Обломки были нагромождены беспорядочно, меж ними были разбросаны подсвечники, бронзовые тумбы, ещё какие-то вещи.

Я спустился к воде. Здесь дул лёгкий свежий ветерок, от которого голова постепенно приходила в порядок после сна и многодневного пьянства. Я чувствовал себя прекрасно. Я закрыл глаза и стал слушать себя. Я ощущал, как бьётся кровь в венах и колотится сердце. Чувствовал каждую клеточку своих мышц. Аккуратно раскладывал по мозгу мысли и образы. Я ощущал в себе огромную силу, как никогда прежде. Это была мощь Лапидуса. Он – порождение ночи и тёмных сил, заброшенное сюда случайно. Он подарил мне свою часть, а сам обратился в прах. Но даже сотую долю его древней мощи я ощущал ясно. Она была здесь, во мне.

Я открыл глаза. До противоположного берега было далеко – он терялся в дымке, проступая едва заметными контурами. Но теперь я смогу. Должен суметь. Я напрягся и мысленно оторвался от земли. Тело, повинуясь командам невидимых мышц, начало подниматься в воздух. Я сделал ещё одно усилие. Наклонившись вперёд, я начал медленное движение над водой.

Это было трудно. Может быть, потом, когда я лучше освоюсь со своими новыми возможностями, я смогу экономнее расходовать силы, но сейчас каждый метр моего движения давался нелегко. Нет, я не буду подниматься выше – к чему напрасно напрягаться? Я буду просто плыть по воздуху вперёд, оказываясь все дальше от острова.

Меня охватывал лёгкий, свежий, пьянящий воздух. Мне хотелось поиграть с ветром, покачаться на его волнах, покувыркаться в вышине, но я не мог. Я боялся, что у меня не хватит сил дотянуть до берега.

Подо мной скользила вода, серая, сумрачная. Я чувствовал, что могу не выдержать и упасть туда, и она сцапает меня, и сожрёт, и больше некому будет спасть Анну и Егошина. Впрочем, они могут построить плот, или переплыть на каком-нибудь бревне, или…

У меня больше не было сил. Я рухнул вниз, в воду, и начал погружаться. Пытался грести вверх, но мышцы так ослабли от усталости, что вода затягивала всё глубже. И всё же я сумел сделать пару сильных гребков, вынырнуть и набрать воздуха. Потом я расслабил тело и несколько секунд лежал на воде лицом вверх. Потом собрался с духом и поднялся в воздух снова. Ещё немного… Уже мелькают впереди какие-то ёлки, но у меня темнеет в глазах… Я зацепил ногами за воду. Упал. Захлебнулся.