И тут до нее дошло.

Двери. Стальные двери, при экстренной остановке надежно блокирующие выход из кабины до тех пор, пока та не окажется вровень с полом – или пока система безопасности не раскроет их принудительно.

Двери, едва ли не с корнем выдранные из креплений и криво и косо торчащие из своих пазов по сторонам проема.

Рэнна? Невероятно. Ведь для такого требуется первая-плюс категория!! Неужели?

Она снова глянула вниз. Полуотломанная рука статуи, наклонившаяся почти вертикально, опустела. Что с мальчиком? Что с Рэнной, ку-ссо?!!

– Госпожа! – к двери подбежал мужчина в форме охраны. Человек, не чоки – и за то спасибо. – Госпожа, с вами все в порядке? Что случилось?

– Господин, – хрипло сказала воспитательница. – Срочно сообщи всем. В здании девочка… маленькая девочка. Моя воспитанница. У нее, возможно, первая категория, и она… я не знаю, наверное, она не умеет управлять своими способностями…

Или умеет?

– Нужно включить блокираторы, срочно! – закончила она.

Мужчина на глазах побелел.

– Здесь двадцать второй, – быстро сказал он, прижав пальцем вставленную в ухо пуговку коммуникатора. – Код один, повторяю, код один.

На стене галереи немедленно замигало красное табло «Активное подавление», и у Хины слегка заложило уши – так она со своей пятой категорией воспринимала объемные блокираторы. Тихо зазвенел зуммер.

Вставленный в ухо наушник что-то пискнул. Мужчина прислушался.

– Госпожа, как выглядит твоя воспитанница? – спросил он.

– Восемь с половиной лет, невысокая, худая, черноволосая, черноглазая. Короткая стрижка, челка с начесом на глаза.

– Она внизу. Патруль из холла сообщает, что она поймала манипуляторами мальчика, сорвавшегося со статуи. Девочка…

Он снова прислушался.

– У девочки, похоже, действительно первая категория, – его голос стал растерянным. – И блокираторы на нее не действуют.

…полчаса часа спустя сидящая на диване у лаборатории Хина встрепенулась. Тяжелая дверь распахнулась, и из нее вышли мужчина и женщина в белых халатах. Женщину воспитательница знала, хотя больше поверхностно: Тамира Пестрая, директор научной части ЦЗД. Княженка-иммигрантка. Мужчину она видела впервые.

– Сканер уверенно показывает первую категорию, госпожа Хина, – проговорила Тамира со своим неизбывным жестким западным акцентом. – Впрочем, неудивительно. Так изуродовать лифт… М-да. Твоя воспитанница заставила меня вспомнить времена, которые, я надеялась, забыты навсегда.