Вместе они снова накинули толь на катушку и перешли к следующей.

Все тросы оказались в порядке – и толстые несущие, и тонкие вспомогательные, и даже пеньковые канаты для перетаскивания несущих тросов через пропасть. Катапульта для переброски каната тоже выглядела вполне рабочей и не разукомплектованной. Разумеется, завтра, когда запустят генераторы, может выясниться, что что-то в ней все-таки не перенесло местного влажного климата, но тут уж ничего не попишешь. Вторая такая же стояла на противоположной стороне ущелья вместе с лебедками, и если ее все-таки изуродовали, можно заменить на эту.

– Перебираемся туда? – деловито спросил Пиреш, закончив укрывать катапульту.

– Нет, пожалуй, – Палек почесал в затылке. – Точнее, я перебираюсь, а ты топай-ка дрыхнуть. Последняя спокойная ночь у тебя. Завтра опять начинается нервотрепка.

– Ты хочешь в одиночку лазить по склонам? – нахмурился гулан. – Не стоит. Слишком опасно. Я с тобой.

– Спасибо за заботу, но не стоит. Мне в одиночку даже безопаснее.

– Но…

– Не стоит, – повторил Палек. – Пиреш, я тебя давно спросить хотел – почему ты все еще тут? На стройке, я имею в виду, а не дома, в Маньяхе? Или еще где в Граше?

– А? – удивился инженер. – Ты мне деньги платишь, я здесь работаю. Что-то не так?

– Я тебе уже давно ровно столько плачу, чтобы ты с голоду не помер. Я очень, конечно, извиняюсь за финансовые неурядицы, но не факт, что дела поправятся в ближайшее время. У нашего правительства туго с деньгами, а мест, куда их можно потратить, с избытком. Многие на твоем месте давно бы нас послали подальше и уехали. Почему ты остался?

– Почему? – задумчиво переспросил гулан, стягивая рукавицы. – Не знаю. Наверное, потому, что тоже хочу увидеть твое шоссе достроенным.

– А зачем тебе? Твой дом в нескольких тысячах верст отсюда. Даже если ты закончишь мост, все равно уедешь и вряд ли когда вернешься. Есть шоссе, нет шоссе – тебе все равно.

– Ты хочешь, чтобы я уехал?

– Так скажем: я пойму, если ты захочешь уехать. Пойму и не обижусь. Тебе я выплачу все долги полностью и еще и премию добавлю в размере двух месячных жалований. Только предупреди меня за неделю, чтобы я попытался кого-нибудь найти на твое место. Договорились?

– Нет. Я не собираюсь уезжать, – Пиреш выключил фонарь и запрокинул голову, уставившись на звезды. – Терпеть не могу бросать дела незавершенными. Я все-таки профессиональный строитель, знаешь ли. Если твою стройку прикроют официально, я уеду, но не раньше.

Палек негромко рассмеялся и хлопнул его по плечу.

– Спасибо, – сказал он. – Я ценю такое отношение. Только ты неправильно говоришь. Это не моя стройка, а наша стройка. Скорее даже, твоя. Видишь ли, у меня появились дополнительные дела, которые потребуют моих частых отлучек, так что я намерен передать все вожжи тебе. Твоя квалификация на должном уровне, и ты здесь достаточно долго, чтобы и к тебе привыкли, и ты привык к местной специфике. Потянешь самостоятельную работу?