Масарик развернул кресло и снова уставился в текст. Голова тихо гудела, буквослоги прыгали перед глазами, упорно отказываясь складываться в осмысленные слова. Вероятно, он переработал. Пора передохнуть.

Поверх текста замигал значок стилизованной телефонной трубки. Мелодично протарахтел звуковой сигнал. Потом текст уплыл на задний план, и весь объем дисплея заняло изображение веселой синицы.

Кара?!

Да. Рано или поздно она все равно связалась бы с ним. После того разговора с Ольгой он сам не позвонил ей ни разу, боясь выдать себя тембром голоса или чем-то еще. Если она скрывает свою природу, значит, так надо. Кто он такой, чтобы нарушать ее инкогнито? Но она не из тех, кто оставляет недосказанности.

Трель повторилась. Он поспешно двинул рукой, и в дисплее появилось изображение.

– Здравствуй, Марик, – сказала Карина. – Рада тебя видеть.

– Здравствуй, Кара, – Масарик порадовался тому, что его голос оставался на удивление ровным, с обычными теплыми нотками. – Я рад не меньше. Извини, что не звонил. И у меня настроение паршивое, и ты делами наверняка завалена.

– Не настолько, чтобы не найти для тебя несколько минут. Марик…

– Да, Кара?

– Ольга сообщила, что проговорилась тебе о… о том, что я такое на самом деле.

– Не проговорилась. Ты же знаешь, что я привык выцеплять из контекста информацию по самым мелким намекам. Аналитик я, или кто?

– Не надо ее защищать. Она ни в чем не виновата. Просто я не хотела сообщать тебе… Марик, у меня просьба. Можно поговорить с тобой с глазу на глаз? Не через коммуникатор. Лично. Прямо сейчас.

– Э-э… – Масарик удивленно посмотрел на нее. – Как – лично? Ты сейчас в Каменном Острове?

– Нет. Все мои полеты и поездки – для отвода глаз. Я могу появиться у тебя в кабинете прямо сейчас. Я объясню, потом. Можно?

– Конечно, Кара. Что нужно сделать?

– Ничего. Я уже здесь.

Последние слова прозвучали не из терминала, высветившего значок отключения сеанса. Масарик невольно вздрогнул. Невысокая фигурка выступила из пустого угла комнаты. Белая блуза, короткие, до колен, тарсачьи штаны, босые ноги, короткая стрижка и блестящие в мочках ушей капельки золотых сережек.

– Здравствуй еще раз, Марик, – сказала Карина, выходя в центр комнаты. – Прости, что так невежливо и неожиданно вторгаюсь к тебе…

Она виновато смотрела в пол, словно нашкодившая школьница.

– Ты же знаешь, Кара, что ты всегда желанный гость с моем доме.