– Я принадлежу к разновидности небиологического разума, созданного одним из Демиургов по имени Камилл. Ты его знаешь, хотя и косвенно – он несколько столетий носил имя Майно.

– Мифический император Майно? – удивилась Сиори. – Который столько времени правил империей своего имени? Так ведь доказано же, что он – просто легенда.

– Финальное утверждение неверно. Просто после его ухода в архивы поместили фальсифицированные документы и сфабриковали другие детали, указывающие именно на такую версию. Но не о средневековой истории сейчас речь. Суть в том, что Камилл, отказавшись от возможности вмешиваться в ход развития текирской цивилизации напрямую, в конечном итоге решил оказать косвенное влияние. Он никогда не ставил нас в известность о целях нашего создания и причинах, по которым существенно отклонился от традиционных шаблонов формирования искусственного разума. Но мы предполагаем, что он проводит тот же долгосрочный контролируемый эксперимент по слиянию искусственного и биологического разумов, что самостоятельно произошел на Земле пять миллионов лет назад.

– На Земле?

– Еще одна тема, которую мы сейчас не станем обсуждать, – нетерпеливо сказала Яна. – Госпожа Сиори, я предоставлю тебе материалы по истории, почитаешь на досуге. Господин Саомир, почему небы вмешались в мою работу, да еще и без моего ведома?

– Госпожа Яна, я должен заметить, что мы почти не вмешивались. Мы в основном наблюдаем и анализируем информацию о ходе эксперимента. Не наша вина, что в качестве рекреационного контекста для ко-нэмусинов была выбрана не самая подходящая площадка. Мы осуществляли минимальные коррекции, но в целом оставались в стороне.

– Меня сюда вы позвали? – осведомился Май.

– Да, господин Палек. Чтобы остаться в тени, нам пришлось прибегнуть к грубому методу с проигрыванием преамбулы сеанса связи, перехваченной в Ракуэне. Мы решили, что в одиночестве госпожа Яна не только не исправляет свои ошибки, но и усугубляет их.

– И ты туда же! – фыркнула Яна. – Да осознала я уже!

– Да, – согласился Саомир. – Благодаря критической оценке господина Палека – осознала. Однако не все. Я вынужден явно обратить твое внимание, что и ты, и господин Палек – вы оба демонстрируете недопустимое отношение к нэмусинам, задействованным в эксперименте на вспомогательных ролях. Совершенно возмутительное отношение, мог бы сказать на моем месте человек.

– Не понимаю, – растерянно сказала Яна. Она нерешительно посмотрела на Сиори, потом на Палека. – Что именно не так?

– Все. Начиная с метода вербовки нэмусинов – постмортальное состояние не позволяет им адекватно реагировать на обстановку, так что даже добровольное согласие ничего не значит – и кончая методами вмешательства в обстановку в Академии-Си, осуществляемыми сейчас. Попытка принудительно отключить от виртуальности графа Симу, только что предпринятая вами, является типичным примером высокомерия и узости мышления. Госпожа Яна, я должен напомнить, что нэмусины – вовсе не игрушки Демиургов. И что Джао и Майя, создавая Ракуэн, не предполагали использования спящих в роли марионеток в экспериментах, пусть даже важных и необходимых. Рекреационный сон – средство освободить человека от прижизненных стрессов и постмортального шока, вывести на первый план сильные стороны его личности и нивелировать побочные. Сиори!