– Добрый вечер, госпожа, – вежливо сказал тролль. – Я Караби Нэтто, владелец зала. Мне передали, что у тебя какое-то личное дело ко мне. Мы знакомы? Прошу прощения, у меня не очень хорошая память на человеческие лица, да и зрение…

– Не прибедняйся, мастер, – Рэнна одним гибким движением поднялась с пяток и выпрямилась во весь свой невеликий рост. – Ты всегда прекрасно запоминал человеческие лица. И зрение у тебя с возрастом ничуть не ухудшилось.

Тролль недоуменно посмотрел на нее сверху вниз. Макушка девочки едва доходила ему до середины бедра, и рядом они смотрелись весьма комично.

– Значит, мы знакомы с тобой, молодая госпожа? – осведомился он, наклоняясь. – Но я совершенно точно никогда тебя не видел.

– Мне помнится иное, – на лице девочки мелькнула неожиданно озорная улыбка. – Однажды ты в сердцах сказал мне… м-м-м… – Она наморщила лобик и с преувеличенной задумчивостью почесала темечко. – «Дорогу осилит не тот, кто стремится пройти ее побыстрее, а тот, кто твердо настроен пройти ее до конца. Отдых – такая же часть обучения, что и тренировка. Тот, кто не умеет отдыхать, не способен и хорошо учиться». Прости, мастер, но я, кажется, так и не сумела усвоить этот урок.

Тролль замер, словно статуя. Его глаза превратились в узкие, почти незаметные щелки, зато пасть приоткрылась, обнажая белоснежные, несмотря на старость, острейшие зубы.

– А еще однажды ты сказал, – добавила девочка, снова став серьезной, – что чувство вины – слишком слабый фундамент, чтобы строить на нем свою жизнь.

Тролль пошевелился. Он медленно опустился на колени, протянул свои огромные лапищи и ухватил девочку за плечи, почти полностью охватив ее тщедушное тельце когтистыми ладонями.

– Кара! – выдохнул он. – Кара! Но как…

– Меня зовут Рэнна, мастер Караби. Рэнна Дзидзисий. Рада знакомству, прошу благосклонности.

Хина со все возрастающим недоумением наблюдала, как тролль осторожно притянул ее к себе и прижал к груди, полностью скрыв в объятиях.

– Я мог только надеяться, – проскрежетал он. – Только отчаянно и безнадежно надеяться. Когда я услышал новости, я не поверил, что твой отец мог допустить…

Он отстранил девочку и жадно оглядел ее с ног до головы.

– Почему ты не сказала сразу?

– У меня есть и другие обязательства, мастер. Я пришла, как только смогла. Прости меня за мое поведение.

– Теперь я могу умереть спокойно, – покачал головой тролль. – Мне не за что тебя прощать. Ты… надолго к нам?

– Надолго. Я воспитанница детского дома здесь неподалеку. На днях Цу официально удочерит меня. Процедура уже почти завершена.