– Кто-нибудь!

– Кто-нибудь… Кто-нибудь… Кто-нибудь…

– Твою же мать, вот я попал.

– Попал… Попал… Попал…

Ежедневник! Отложив отчаянья на потом, хлопаю по своей специальной кобуре. Книга на месте. Вот только пользы от этого не больше, чем от песка в пустыне, потому как в абсолютной темноте мне сложно будет элементарно соблюсти прямую строчку, что уж там говорить про ровное зачеркивание. А если перечеркнуть не всё написанное событие, а только его часть? К примеру, пару слов? Кто или что осуществит прыжок во времени: я, часть меня, само событие сотрется из пространства и времени, или вариант бытия раздвоится?

Или моё сознание раздвоится в этой космической жиже из причинно-следственных связей?

Толчок.

Механический гул.

Яркий пучок света мгновенно ослепил меня, тут же заставив временно потерять ориентацию в пространстве и плюхнуться пятой точкой об пол. Протерев глаза, заставляю себя подняться (больно уж уязвимой получилась поза) и через полминуты зрение соблаговолило ко мне постепенно вернуться, открывая подробности произошедшего.

Изменилось, собственно говоря, немного – одна из стен темной комнаты начала отъезжать, развернув передо мной бездну ночного звездного неба. Ещё через минуту я наконец сообразил, что ослепительный "пучок света" был просто на просто обыкновенным пейзажем небесных светил, но из-за того что мои глаза привыкли к абсолютной темноте, то даже свет далеких звёзд оказался ослепляющим. Прошло пару минут и стена полностью скрылась из виду, обнажив стерильно чистое небо без малейшего намёка на облачность, отчего далекие обитатели галактики светили ярче, чем обычно, заливая ярким каскадом мрачное полотно вселенской пустоты. Скользнув холодным светом по комнате, звёзды наполнили своими отражениями стекленный пол, да и потолок с оставшимися стенами оказались из тёмного стекла, поэтому не смогли избежать участи пола. Получилось, что я встал своими грязными ботинками прямо на древний, как само мироздание, млечный путь, а наблюдающие эту картину огоньки не спеша плыли по моей «камере», чудно изгибаясь там, где потолок плавными контурами переходил в стены. Вот такое получилось внезапное рандеву с космосом – я смотрел на него, а он огибал меня панорамным отражением.

– Стоп, мотор! – внезапно вскрикиваю вслух. – А как это получается – открылась стена, а видно только небо?

Подойдя к выпуклому окну, растянувшимся от пола до потолка, лбом влипаю в стекло, чтобы мой взгляд мог окинуть как можно больше пространства снаружи. Я предполагал, что после обморока меня отвезли к высокому берегу моря, откуда ночью было видно только небо. Либо моя тюрьма находится на слишком большой высоте, чтобы видеть горизонт. Но реальность оказалась сильно далека от моих предположений.