— Спокойней, Балтон, — усмехнулся Увилл. — Вы же видите, молодой человек несколько обескуражен нашим внезапным появлением, а потому не вполне удачно формулирует мысли. Не будем пока цепляться к словам, друг мой. Итак, сударь, отвечая на ваш вопрос… Да, я прибыл сюда по просьбе этого достойного человека, дабы покарать преступника. Ибо я — король этих земель, и полагаю, что всякий, совершивший преступление, должен быть наказан.

— Но, милорд… Позвольте, разве здесь произошло нечто особенное, требующее вашего вмешательства? Этот человек мог подать жалобу мне, и я…

— И вы велели бы слугам вышвырнуть его вон? Или стегать плетьми? Ведь, по-вашему, здесь не произошло ничего особенного, — нехорошо прищурился Увилл. — Вот потому-то, сударь, я — король, а вы — лишь временщик, не по праву занимающий чужой дом. Однако же, я пришёл сюда не пререкаться. Извольте предоставить мне этого Дейрона…

— Деройля, государь, — вновь подсказал Ямер.

— Скоро это не будет иметь никакого значения, — жёстко усмехнулся Увилл.

— Но это будет самосуд, милорд! — воскликнул Саммед. — Я являюсь его господином, мне и судить его! Деройль прибыл сюда со мной, он никогда не был вашим подданным!

— Он находится на моей земле, сударь, — отчеканил Увилл. — И своё преступление он совершил на моей земле. И судить его буду я, ибо из нас двоих лишь я имею на то законное право! Оглянитесь, сударь. Здесь почти две сотни отменных бойцов. По-моему, это вполне весомый аргумент. Неужели вы станете упорствовать в своём неуместном возмущении? Впрочем… После, если хотите, вы можете подать жалобу на меня Боргу, а то и напрямую — Столу.

Презрение, с каким Увилл произнёс последние слова, показывало, сколь мало его заботит подобная перспектива.

— Однако сейчас я бы на вашем месте дважды подумал, прежде чем возражать, — Увилл многозначительно положил ладонь на рукоять меча, который уже успел убрать назад в ножны.

Юный барон сглотнул при виде этого красноречивого жеста.

— Приведите сюда господина Деройля, — наконец сказал он, обращаясь к паре ближайших стражников.

Те явно замялись и бросили смущённые взгляды на Балтона, заметно сконфуженные тем, что им отдаёт приказы в его присутствии какой-то безусый щенок. Тот, слегка усмехнувшись, кивнул головой. Оба стражника облегчённо выдохнули.

— А где он? — обратились они уже к Саммеду.

— А мне почём знать? — сорвался на крик барон, наблюдавший эту плачевную для него сцену. — Идите и сыщите!

Нехотя кивнув, стражники вошли в дом. Повисло неловкое молчание — более двух сотен людей, переминаясь, ожидали, когда же те двое вернутся.